Глава одиннадцатая. Мой дом моя крепость В Новокузнецке суд отправил на два месяца в СИЗО обвиняемого в убийстве 17-летнего студента колледжа, которому выстрелили в затылок прямо на улице. Молодой человек заявил, что был под воздействием неких голосов и «хотел кого-то убить».
Пробуждение было резким и противным. Запахи и звуки резко ударили по сознанию, меня чуть не вывернуло. В голове набатом стучала боль, сознание плыло, но я четко ощущал неправильность происходящего. Черт, где я? Последнее, что я помнил — бой с ведьмой и посмертное проклятье, которым она меня чуть не прибила.
Голова кружилась, но желудок, вроде, успокоился. Открывать глаза было страшновато, но выбора не было. Удивительно, но со зрением никаких проблем не возникло, в отличие от других органов чувств, которые взорвали голову ворохом ощущений: от кровати разило застарелым потом, а воздух был пропитан табачным дымом, где-то в доме (а я был почему-то уверен, что это частный дом) раздавались голоса, но разобрать, о чем говорили, было невозможно.
Что самое главное — я оказался голым в чужой кровати, в незнакомом месте. Похоже, кто-то притащил меня сюда после боя с ведьмой. Осталось только выяснить кто и зачем.
Мои вещи лежали рядом на стуле, оружие было там же. Никто не покусился на мой кукри и обрез. В принципе логично, хотели бы ограбить и убить — сделали бы все, пока я был в бессознательном состоянии.
Ладно, надо выбираться. Я встал, и меня слегка повело, тело непривычно штормило. Это сколько же я провалялся, если меня так шатало? Наверное, не меньше суток, а то и двух.
Попытка одеться увенчалась успехом, хоть и с трудом. Все лишнее — вещи и оружие — сразу сложил в рюкзак, задерживаться у гостеприимных хозяев я больше необходимого не собирался. Погостил — пора и честь знать.
Еще раз внимательно осмотрел комнату, вроде, ничего не забыл. На выход.
Комната, в которой я отсыпался, как оказалось, была расположена на втором этаже. Уже спускаясь вниз по лестнице, я наконец смог расслышать разговор местных хозяев. Впрочем, понять, о чем шла речь, не получилось, говорили они явно не на русском.
— Oaspetele nostru sa trezit i vine aici dragă Gojo, — раздался первый голос, судя по всему, принадлежавший молодому парню.
— Bine, du-l aici, — ответил ему голос взрослого мужчины.
Звук шагов. Первым, кого я увидел в этом доме, стал вчерашний цыган, представившийся Джуром.
— Доброго, как самочувствие? — увидев меня, парень приостановился.
— Вполне. Долго я провалялся? — задал я самый важный вопрос, от волнения даже не ответив на приветствие.