Я приготовилась к сумасшедшему порыву, но Романов вдруг замер, ласково коснувшись губами моего лба, и глубоко выдохнул.
– Но сначала пойдем поедим, – хрипло прошептал он прямо мне в губы, высвобождая меня из объятий. – А то я обещал восстанавливать твои силы, а не морить голодом после рабочего дня.
Я только теперь обратила внимание на то, что в квартире пахло просто изумительно: чем-то запечёным и... розами?
Олег взял меня за руку и повел в гостиную. Когда я шагнула через порог, у меня перехватило дыхание.
Вся гостиная преобразилась. Основной свет был выключен, а вдоль всей комнаты горели маленькие свечи в стеклянных подсвечниках, отбрасывая мягкие золотистые блики. На низком столике у ковра красовался огромный, пышный букет нежно-розовых пионовидных роз в высокой вазе, а дорожка из россыпи нежных лепестков вела прямо к нашему «гнезду» из подушек и уходила дальше в спальню.
На столе стояли деревянные подносы с аккуратными сетами суши, запеченных роллов с лососем и угрем, а рядом две глубокие тарелки с, предположительно, супом, от которого поднимался аппетитный пар.
– Романов... – ахнула я, замирая и глядя на это великолепие круглыми глазами. – Ты... когда ты всё это успел?! Невероятно красиво.
Олег подошел со спины, мягко обнял меня за талию и уткнулся носом в мое ухо:
– Пока ты в учебной части бумажками шуршала, Фиалка, – я услышала довольную улыбку в его голосе. – Я же сказал: я серьезно за тебя взялся. Присаживайся, будем тебя кормить.
Мы уселись прямо на ковер среди подушек, в окружении мерцающих свечей и аромата цветов. Ужин получился потрясающе тёплым и уютным. Олег с невероятной заботой сам кормил меня палочками, поднося к губам самые вкусные суши, на которые я ему указывала пальцем, спрашивал меня по поводу будущей учёбы в магистратуре и много по-доброму шутил, а я смеялась, забыв обо всех своих волнениях.
В этот момент не было никакой разницы между его статусом и моим – были только мы двоем в нашем собственном, идеальном мире.
Когда с едой было покончено, Олег медленно перебрался по ковру ближе ко мне, садясь напротив и накрывая мои ладони своими горячими пальцами.
– Спасибо тебе, Олег... – тихо прошептала я, чувствуя, как внутри всё плавится от нежности. – За твою заботу... И за то, как ты на меня смотришь.
– А как я на тебя смотрю, Юль? – бархатным, низким голосом спросил он, медленно водя большим пальцем по моему запястью.
Я задумалась, подбирая правильные слова.
– Словно я… единственное, что имеет значение.
Олег подался вперед, перехватывая мой подбородок и заставляя посмотреть ему прямо в глаза. Теперь в их глубине плескаась только нежность.