— Командор, ты меня извини, — покачал Майк головой, — но мы ещё не готовы. Восемнадцать имён знаем точно. Всего восемнадцать. И шесть — в работе, но пока без подтверждений.

— Командор, привет! — А это подскочил и Дэн. Раскрыл объятия, кинулся ко мне, повис на плечах. Дикий какой, совсем крыша едет у людей, запертых на длительное время в изоляции. Девчонки парня знали, не стали перехватывать и реагировать, но, видел, профессионально напряглись. — Хорошо, что ты заскочил! У нас тут всё… У нас всё… Даже не знаю как сказать! — выпалил он.

— Пошли в вашу каморку, — указал я абстрактно вперёд. — Там подальше от ушей поговорим. Есть у вас такая?

— А то! — хмыкнул Дэн. — Обижаешь. Мы ж тут типа начальство. Пива только нет, даже для нас! — вздох сожаления. — Но есть отличный кофе. Если не врут — с Земли. Будешь?

— Обижаешь!

И мы пошли в их «начальственную».

Это оказалась маленькая комнатушка, и, видимо, предназначена была изначально для хранения инвентаря, типа швабр и роботов-полотёров. Ну, судя по пространству. Терминал один, но более крутой, чем в зале, рядом стол и два стула — для перекуса. И поднятая вверх лежанка — видимо каморка на одного рассчитана. Стула два, но откуда-то по дороге захватили третий стул, для меня. Майк сразу начал наливать из стоящей на столе колонки кофе. Аромат его взбодрил и вдохновил — и правда, хороший. Изабелла приучила меня к хорошему кофе. От этой мысли сразу погрустнелось — её уютной норки более не существует. Как и двадцать второго взвода, и некоторых людей Сирены...

— Итак, давай коротко, и сразу о главном, — начал Дэн, садясь за терминал и развернувшись в кресле к нам. — Без прелюдий. Нам нужно ещё дня три, и выдадим тебе двадцать девять имён.

— Но пока у вас восемнадцать, — не спросил, а утвердил я.

— Да. — Парень замялся. — Командор, я не знаю, что тебе известно о работе нейросетей, но на самом деле пока не столкнулся, сам не всё понимал. В общем, это такая штука, которой мало просто задать алгоритмы. Надо задать алгоритнмы ПРАВИЛЬНО, нужные! Сечёшь? А с этим проблемы.

— Они учатся, командор, — поддержал напарника Майк. — Как дети. Вот прямо воспитателями в садике себя с Малышкой чувствуем. Как они, учим её ходить, говорить «мама» и «дай». Учим делать первые самостоятельные шаги. И только потом она, набрав опыта, начинает давать результат. Девяносто процентов нашей работы не написание алгоритмов, а их тестирование — не будет ли Малышке от них хуже? Не научим ли чему-то не тому?

— Малышка — это вы свою ИИ так зазвали? — усмехнулся я.

— Ну, как-то же её надо было назвать? — развёл руками Дэн.