Пауза, смущение, признание:

— В том числе, но я не бог и не государственная власть. Что-то получится улучшить для местных, но у меня свои задачи.

«О погоде в Рио» поговорили.

— Слушаю тебя, Хуан. Что случилось? Насколько всё плохо? — перешла она к сути.

— Плохо? — усмехнулся я. — С чего взяла, что плохо?

— У тебя казнь там, а ты мне звонишь. Ушёл из эфира, не держишь процесс казни под контролем. Значит дела так себе.

— В логике тебе не откажешь, — признал я. — Но не настолько критично… Хотя могу ошибаться. Дашь совет? Как представитель аристократии, вращающийся в самом высшем дивизионе? У меня пазлы не сходятся.

— Говори. — Она на том конце напряглась и подобралась.

— Смотри, в стране жесть. Мы фигачим корабли аристократии, взрываем купола, убиваем членов семей мятежников. Показываем, что мы серьёзные ребята. А какое-то мелкое ворьё решает навариться. Допустим, у них есть понимание, какого нет у меня — что такое поведение разрешено их ментальным кодексом, и настоящие Веласкесы их поймут и максимум поругают. Это я такой шустрый, а у них междусобойчик, как максимум.

— Продолжай. — «Ты на верном пути» — слышалось в голосе Сильвии.

— Но тут появляется некий юноша без предубеждений и базовых аристократических настроек, и ломает игру. Берёт в плен троих глав проворовавшихся кланов. Что бы сделали умные люди на их месте?

— Сидели бы тише воды ниже травы, пытаясь параллельно выйти на Фрейю за твоей спиной, — совершенно честно описала процесс Сильвия. Без намёков и недосказанностей. Подтвердив этим и мои мысли.

— Во-от! И два клана так и сидят. Но в третьем все очень умные. Взяли и пошли на обострение. С теми, кто взрывал вакуумную бомбу под куполом, где семьи мятежников, кто зачистил семью министра обороны и взорвал яхты их коллег. Не находишь диссонанс?

— Хуан, ты чего звонишь-то? — нахмурилась Сильвия. — Если ты не понимал этого раньше — то ты зря занимаешь своё место. А если хочешь спросить — спроси прямо, без предисловий?

— Почему они нам их так открыто «слили»? — Прямо — так прямо. — Даже не выпендривались. Специально подбили на протест, дали гарантии, убедили, что их гарантии всё ещё чего-то стоят после казни министра финансов, и просто… Бросили в топку без сопротивления! Зачем, Сильви?

Сеньориа Феррейра на том конце долго молчала, и, судя по звукам, напряжённо расхаживала по комнате. Наконец, заговорила:

— Хуан, скажу как есть, но ты не обижайся. Так надо, ибо так есть. Просто прими к сведению.

— Проникся! — напрягся я.

— Ты заигрался, ставя свои концерты по одному и тому же сценарию. Они подловили тебя на этом и подсунули в твой стандартный сценарий своих актёров.