— И такой возможности не исключаю, — покачал головой атомщик, — но и тут склоняюсь к мысли что нет. Вопрос экономики, ваше высочество. Слишком дорого строить ради подобного проекта в несколько тонн производство с нуля. Не надо недооценивать его масштабы — подготовка, электролиз, и главное утилизация ртутных соединений — там всё очень непросто. То есть, завод по производству ста тонн в год будет не сильно дороже завода на одну тонну в год, при стократной разнице в прибыли, ваше высочество. Скорее это может быть что-то военное, под списание, переделанное под наш процесс на закате карьеры — чтобы не отвлекать серьёзные производства. Но мы занимаемся больше атомом, а тут химия, или скорее физическая химия. Существует много процессов, которые можно под наш процесс переделать с минимальными затратами. Мы не можем дать точного ответа, где это сделано.

— Урумчи, — произнёс Адриано, глядя в столешницу. Видно, атомщик его достал. — Четвёртый национальный центр атомных исследований Срединной республики. Реактор А-108Н.

— Этот реактор закрыт, — с ехидцей парировал атомщик. — Скоро тринадцать лет как.

— Реактор — да, — кивнул Манзони. — Но лазерный изотопный разделитель вполне может работать. Да, дорого, это не деление гелия на третий и четвёртый изотоп, не отобьётся, но если учесть, что под Урумчи одна из тридцати шести термоядерных установок Поднебесной, принадлежащая не частникам, а государству, которая стабильно показывает профицит по энергии, то есть превышение производства энергии над потреблением…

— Продолжай! — оживилась Фрейя, резко нахмурившись. Очарование крутых терминов, которым загрузил её атомный инспектор, рукой сняло.

— Сам реактор введён в эксплуатацию в 2408 году, — продолжил Адриано под злой взгляд атомщика. — Назначение — опытные процессы по заданию военных. Один из используемых компонентов — гелий-три высокой чистоты. Тот, что используют космические корабли — слишком грязный. Потому там была построена стадия подготовки — установка лазерного разделения. Очень маломощная, под нужды маленького реактора, но военные нигде в мире денег не считают, если это нужно. В 2434 году реактор выведен из состава национального центра, законсервирован, но не закрыт и не демонтирован. И судя по тому, что народ ездит туда на работу как ни в чём не бывало, огни офисной надземной части объекта ночью горят как полагается, и энергопотребление объекта велико, они что-то выпускают.

— При закрытом неработающем реакторе… — потянул сеньор Серхио, забарабанив пальцами по столу.

— Так-так так!.. — А это подобрался уже я. Фрейя, что-то во мне почувствовав, пристально сощурилась, гадая, что за мысли меня посетили. Атомщик снова попытался что-то возразить, но Фрейя подняла руку, останавливая его. А с королевами, как известно, не спорят. Будущий друг, посмотрев отчего-то на мою персону, продолжил: