— Как обычно, в Москве весело, — усмехнулся Фернандо.

— Да. Но высшее руководство пока держит паузу, ни на что не реагирует, на обвинения не отвечает. Оппозиция тоже не слишком старается, разгоняет лишь про сограждан, не трогая погибших представителей Австралии, нашего министра и других официальных лиц. А Венера плохая у них по привычке, так что это не серьёзно. Таким образом, там все выжидают — это главный вывод. И мы будем первыми, кто отреагирует, если мы примем такое решение — реагировать

— Конечно примем! Сутки прошли, а там у нас целого министра убили, третьего человека в государстве. Со всей миссией и своими журналистами. Куда ж дальше тянуть…. — Отец снова забарабанил пальцами по столу.

— Мы вообще хоть как-то, хоть косвенно сможем доказать, что боевая платформа и спутник с нейтринной пушкой были венерианские? — спросил Фернандо, пока пауза. Но знал, что ответа на этот вопрос не получит. Боевая платформа не содержит никаких опознавательных знаков. Что бы там ни нашли на дне (сейчас ведутся активные работы), при отказе Венеры от того, что это их, доказать обратное слишком сложно, даже если все-все компоненты — продукт их ВПК. Как и в ситуации со спутником — не дураки проворачивали операцию, там тоже задолбаешься доказывать. Все всё знают, но доказать невоможно — издержки политики.

— А давайте послушаем, что у нас по защите космического пространства? — предложил император. — Где остались какие дыры, и как мы такое пропустили? — И уставился на человека, отвечающего за космическую безопасность, который очень-очень сильно при этом побледнел. Но, ослабив галстук, принялся за свой доклад. И Фернандо понимал, он не виноват. Тысячи спутников висят над Западным полушарием. Протащить на геостационарку рентген не запредельно по сложности. А значит любой квадрат поверхности страны, включая дворец на Маргарите — под ударом. Всегда. И от этого не уйдёшь. Сейчас кого-то назначат виновным, пожурят, после тихо отпустят, но поделать ничего нельзя. Как сказал Наполеон Бонапарт, гений военной стратегии прошлого: «География — это приговор». В данный момент — гравитационная яма под названием «Земля».

Доклад шёл в самом разгаре, когда снова заиграла в ухе тревога первого уровня. Та самая, когда вопрос жизни и смерти государства, порог войны.

— Слушаю! — воскликнул он, привстав, давая знать докладчику, чтобы замолчал, а остальные соблюдали тишину. Все, включая отца, мгновенно напряглись.

— Ваше высочество, наше посольство на Венере атаковано, — произнёс голос.

— Кем? — Внутри Фернандо всё рухнула. Опять! Да что за…