— Что значит «стране», юный сеньор?

— Это значит стране, — уверенно покачал я головой. — Не мне. Не Веласкесам. А самой Венере.

Скептические ухмылки, особенно со стороны оппов. Что ж, иного и не ждал.

— Мы провели мобилизацию, — продолжил я. — Причём сугубо добровольную. Люди, готовые встать за Родину, приходили на сборный пункт, получали оружие и шли защищать свой город и свою страну от распоясавшихся международных банд и местных криминальных элементов. Но этого мало: чтобы победить гадину, нужны люди не только с оружием… Но и с мозгами. С высокой квалификацией.

— При чём тут мы? — главред одного из ярчайших, пусть и не самых важных рупоров прогрессистов.

— Вы, невзирая на ваши политические взгляды, показали, а за вами всё время мятежа наблюдали, что, невзирая на внутренние установки, подконтрольные вам СМИ не гнали откровенную лажу. Да, вы поливали Веласкесов помоями… Вот только ирония в том, что собравший вас здесь я — сам поливаю эту семейку помоями! — Я задорно усмехнулся. — Особенно люблю говорить что думаю её величеству. Помои такие помои, критика такая критика.

— Вот только моё отличие от многих в этой стране в том, — ядовито продолжил я, — что готов подписаться за каждым словом! В любой момент времени, вне зависимость от задания редакции и конъюнктуры. Готов произнести их как в интервью любому каналу, так и сказать королеве в лицо — буду делать это с одинаковым жжением в груди и одинаковым отсутствием страха. Вы говорили гадости, но за вашими гадостями стояли ФАКТЫ. Сейчас принципиально не буду их интерпретировать, что-то вы осветили правильно, а где от себя накинули пару лопат дерьмеца на вентилятор, но даже в случае накидывания это были факты, а не домыслы. Теперь понимаете, почему вы здесь?

— Думаю, не совсем, сеньор Шимановский. — А это держащийся увереннее всех Пикассо.

— Сейчас мы с вами, в основном конечно вы, создадим бумагу, которая будет называться «Кодексом журналиста Венеры». Который будет обязательным к исполнению любым журналистом, как частником, так и организацией. Включая блогеров с более чем ста тысячами подписчиков. Свод правил, которому необходимо следовать. Днём, ночью. Во время политических встрясок или мира и глади. Республика у нас, монархия или теократия. Всегда. Универсальные правила, которые нельзя нарушать. Включая этическую составляющую. Теперь понятнее?

— О, теперь, кажется, да! — Один из преподавателей журфака. — Решили пойти по стопам англосаксов?

— Почему нет? — пожал я плечами. — Ведь есть множество вещей, которым не зазорно у них поучиться. Отнюдь не всё ими созданное так уж плохо и разрушительно.