— Отключи связь! Связь отключи! Не для громкой! — вопил Аджай. — Я скажу два слова! Всего два слова! Но обещаю, ты сам захочешь пощадить меня! Дай мне сказать тебе два слова без связи и записывающих систем!

— Думаешь, у нас «течёт»? — усмехнулся я.

— Не думаю! Знаю! — Глазки искренние, это серьёзно, не набивание цены. — Но я маленький, кто — не в курсе, как и где их и сколько. Но только без связи, иначе мне не жить! Дай сказать лично!

— Хуан, нет! — Острастка от Кассандры, когда мой палец потянулся к ручке открытия щитка забрала. — Он может чем-то ударить. Один удар чего-то скрытого ношения под кожей — и мы не успеем тебя вытащить. Даже мы.

— Чика, он может знать на самом деле нечто важное, — повернулся я к компанейре. — Я должен рискнуть. — Покачал головой, впрочем, послушавшись и не став откидывать щиток. — Я должен услышать, что он хочет сказать.

— Пусть скажет мне. Я готова. И моя ценность для них нулевая. — Кассандра дотронулась до панели на рукаве, отключив связь, и откинула свой щиток. Кашлянула и что-то произнесла — я не слышал, ибо она отключилась.

Отошёл на два метра от Принца, откинул свой щиток и тоже отключил все линии. Вздохнул. Воздух тяжёлый, в горле запершило, но в кабинете Фрейи после штурма першило сильнее. Ничего, выжили тогда, и сейчас выживем. Патрисия подошла ближе. Тут шумно, она почти кричала:

— Он скажет мне, я — тебе. Девочки страхуют. Идёт?

— Хорошо. — Кивнул и дал жестом знак Сестрёнкам.

Роза и Мия приставили к Аджаю с двух сторон к шее свои «Жала». Маркиза оттащила меня на десять метров назад и встала чуть впереди, запрещая приближаться. Патрисия наклонилась к юному бандиту, лицом к лицу. И тот ей что-то шепнул. Именно шепнул, и, такое чувство, на ухо — ибо буквально влез головой и ртом ей в шлем. С моего ракурса, что там у неё под шлемом, не видно, но целоваться с сеньором итальянка явно не планировала, а иных вариантов фантазия не нарисовала.

Выпрямилась. Ошалело постояла пять секунд, после чего развернулась и медленно подошла ко мне.

— У тебя всё отключено? — крикнула громко, перекрикивая фоновый шум воющих и плачущих женщин по углам ангара. Я посмотрел на нарукавную панель, горящую красным. Маркиза в шлеме, с внешкой — махнул ей рукой — отойди. Ибо у неё микрофоны на громкую, и она точно не станет выключаться, не её уровня игры, а она — страж.

— Да, всё хорошо, — кивнул Патрисии.

Кассандра приблизила своё забрало к моему (я чуть нагнулся навстречу), и в такой вот интимной атмосфере, когда губы наши максимально сблизились, тихо-тихо произнесла: