Разбудили меня крики Снейпа и причитания Поппи. Обоим было настолько несвойственно это поведение, что я осторожно выглянула в щель между створками ширмы.
— Северус, что случилось? Почему они в таком состоянии? — Тараторила медиоведьма, беспрестанно накладывая чары волшебной палочкой. Заклинания лились сплошным потоком, озаряя комнату разноцветными вспышками.
— Я не знаю, — мрачно рыкнул зельевар, звеня склянками. — Я зашел в кабинет директора за Омутом памяти, а там они на полу возле камина лежат.
— Надо сообщить в Мунго. Здесь черные чары, я сама не справлюсь, — вынесла вердикт Помфри.
— Ни в коем случае. Перед тем, как я перенес их сюда, Дамблдор ненадолго пришел в себя. Он запретил сообщать о происшествии кому-либо вне Хогвартса.
И только хозяйка Больничного крыла набрала в легкие побольше воздуха, для того чтобы рассказать Снейпу, что она думает о подобных приказах директора, зельевар ее прервал:
— Продержись три часа. Я сварю зелье, оно должно помочь.
— Чем помочь, Северус? — Возмущенно зашипела Поппи, поправляя чепец. — У них отсохли руки?! Какое зелье может от такого помочь? Я даже не знаю, что это могло сделать: темное проклятие, монстр или артефакт? Мы ничего не можем сделать, нам нужна помощь Сметвика!
— Мне нужно три часа, — с фанатичной уверенностью повторил декан Слизерина и вышел быстрым шагом, от чего его мантия надулась за спиной, как парус.
Помфри выругалась и начала еще интенсивнее махать палочкой. Я же не отрываясь смотрела на ее пациентов, которых стало видно, после того, как Снейп ушел.
На одной из кроватей лежал Дамблдор с усохшей почерневшей рукой. И именно над ним сейчас колдовала медиаведьма. Сюрпризом стал Рон, находящийся на соседней койке. У младшего Уизли обугленными и сморщенными были обе руки. Чернота заходила на плечи и подбиралась к груди и шее, резко контрастируя с белой кожей и огненной шевелюрой.
— Как же так? — Одними губам, не веря своим, глазам произнесла я. Все было слишком рано и слишком неправильно.
Я вернулась в постель и откинувшись на подушки, пыталась сообразить, что произошло. Почему старик отправился за крестражем чуть ли не на полгода раньше, чем должен был? Зачем он взял с собой рыжего? Неужели директор использовал Рона, чтобы взять проклятое кольцо? Или наоборот, это Уизли обоими руками пытался стянуть опасный артефакт с пальца Альбуса? Мысли роем кружили в голове, но ответов не было.
Воспользовавшись тем, что мадам Помфри ненадолго отлучилась к себе в кабинет, я быстро выскочила из Больничного крыла. В голове билась одна мысль, успел ли Дамблдор уничтожить крестраж. Я бежала по пустым коридорам, эхо гулко разносилось по всему замку от каждого шага.