С магами все было сложнее, у них был природный барьер, защищавший от подобных вмешательств. «Обливиэйт» к волшебникам тоже применяли, но действовать нужно было гораздо аккуратнее. Использовать заклинание забвения разрешалось только в редких случаях. И удаляли в основном лишь краткосрочные воспоминания. Чаще всего травмирующие.

Когда же требовалось избавиться от нескольких месяцев или лет, это делалось точечно. Обычно работала пара: легилимент и обливиэйтер. Один проникал в мозг и находил нужный момент, а другой стирал именно его, а не весь временной диапазон.

Если бы я сейчас решила забыть Сириуса, то мне бы не стерли из памяти весь третий и четвертый курс, а удаляли каждый фрагмент отдельно: знакомство за теплицами, встречу в Хогсмиде… И так, пока лорд Блэк не остался бы для меня просто фотографией из газеты.

Но так бы действовали ровно до того момента, пока я оставалась ведьмой. Если же меня выгонят из Хогвартса и сломают палочку, то я для мира магов перейду в разряд обычных маглов, и стирать будут, не утруждаясь, весь срок скопом. А этого мозг волшебника не мог перенести без последствий.

Проще говоря, у меня б поехала крыша, а родители бы вдруг «вспомнили», что я переучилась перед выпускными экзаменами в младшей школе и повредилась рассудком. Этим бы они себе объяснили и то, что я последние четыре года не ходила в магловскую школу. И то, что меня за это время не видели ни соседи, ни друзья. И все прочие странности и нестыковки.

— А Дамблдор не может отказать Грейнджерам и оставить меня в школе?

— Гипотетически директор может решить этот вопрос двумя способами. Либо тихонько подправить твоим родителям память и сделать вид, что ничего этого не было. Либо же пойти официальным путем, упирая на то, что ты отличница, сильная и перспективная ведьма, которую нельзя лишать магии. Да, будет скандал, длительные разборки, но вероятнее всего тебя бы оставили в школе. Вот только Альбус не будет этого делать, — Блэк почесал переносицу, пытаясь подобрать слова, для дальнейших пояснений.

— Директор так сильно ненавидит меня или это месть тебе? — Уточнила я.

— Скорее второе. Он мне еще не простил полученную опеку над Гарри. Плюс он на днях приходил «в гости». Ничего толком не сказал, но туманно намекал на возрождение Того-Кого-Нельзя-Называть. Видно Снейп все-таки доложил своему начальнику о событиях на кладбище. И на этом основании Дамблдор требовал, чтобы я предоставил свой дом на Гриммо в качестве штаб-квартиры «Ордена Феникса». Была у нас в свое время такая… компания, которая пыталась противостоять Темному Лорду. Мы с родителями Гарри состояли в этом… Ордене. А теперь им заседать, видите ли, больше негде. В Норе места мало, его дом в Годриковой лощине недостаточно защищен для этой цели, в Хогвартсе дети. Короче у всех есть причины не пускать это сборище к себе домой, поэтому эту честь решили предоставить мне.