— Да, это Даня! — наконец кивает Светка, и Веер удивленно роняет нижнюю челюсть:

— Да как так⁈ Да не может быть!

— Неважно уж как, — фыркает Шаровой, усмехаясь от уха до уха. — Это уже семейные тайны, туда мы лезть не будем, а то Филинов еще запишет нас в свои враги. Готовься выполнять пари, Ковальски.

— Раз проспорила, то выполню, — раздраженно отвечает Веер, а сама уже достает из кармана разгрузки освежающий спрей для рта со вкусом мяты.

А я, наблюдавший всю эту сцену глазами Светы, невольно притормаживаю в полете. Мои перепончатые пальцы! Вот чем они занимаются, пока я устраиваю диверсии в стане орнитантов. Совсем с ума посходили от безделья!

— Посланник Птицы, что случилось? — оборачиваются бешраны.

— Гюго и Ниго, возьмите-ка золото, — передаю контейнер рептилоидам, а то в самом деле, чего это я один его таскаю. — Возвращайтесь на базу, а я пока наверну еще один кружок вокруг дворца.

И улетаю проветриться. Не помешает перед тем, как Веер кинется меня встречать.

* * *

Ристалище, Королевский дворец Авиарии

— Герцог Алансо, тревога! Маркиз де Блан захвачен иномирянами! Теперь вы регент. Мы ждем ваших приказаний, — в низком поклоне склоняется капитан дворцовой стражи.

— Что⁈ — взвизгивает герцог, которого застали врасплох в ложе высших аристократов. — Я не хочу быть регентом! Уже двух похитили передо мной, считая короля! Вы что, моей смерти желаете⁈

— Ни в коем случае, — отрицательно качает головой капитан. — Но вы влиятельнейший аристократ после де Бланов. Кто же будет регентом, как не вы?

— Да…да хоть бы герцог Мирсан, — сразу же переводит герцог стрелки, кивнув на соседа.

Полный господин в летах как раз ел виноград с серебряного подноса. Услышав свое имя, он подавился виноградиной и громко закашлялся.

— Господа, побойтесь небес! Какой из меня регент⁈ — Мирсан решительно идет в отказ. — Я старый больной человек. Мне не до регентства. А вот маркиз де Лонсье…

— Простите, господа, у меня прихватило живот. — упомянутый Лонсье вскакивает и стремительно покидает ложу. — Подождите несколько минут. Сейчас вернусь.

Согласно кивнув, капитан и остальные герцоги молча наблюдают за ристалищем. Завалы рухнувшей королевской ложи уже разгребли, но теперь, понятно, не может быть никакого праздника. Да и больше некому пускать пыль в глаза: растрепанные и злющие ликаны уехали, напоследок пообещав орнитантам «большие проблемы».

Вскоре откуда-то из-под трибун доносится крик Лонсье:

— Запрягай коней! Мы покидаем этот дерьмовый дворец! Пускай они сами дохнут!

— Хм-хм, думаю, маркиз де Лонсье покинул нас с концами, — равнодушно замечает капитан.