«О чем?» — ленивый рык.

«Да хоть о чем… Давай о ежиках».

«НЕНАВИЖУ ЕЖИКОВ!!!» — Похоже, я вскрыл свежую рану.

— Р-Р-Р-А-А-Р-Р-Р-Р-Р!!! — громогласный рев оглашает небеса, разгоняя облака.

От страха и неожиданности оператор падает на одно колено, но камеру не отводит, честно выполняет работу. У княжны Ольги ее безупречные золотые волосы аж дыбом встали, но личико довольное и счастливое, хоть и ошеломленное.

С трепетом княжна дрожащей рукой подносит микрофон к алым губам.

— Это звучал голос Золотого Дракона. С вами была Ольга Гривова, специально для «Новостного Льва». Будьте в курсе последних новостей на нашем канале и в еженедельной газете. Снято, — опустив микрофон, она оборачивается ко мне. — Данила Степанович, а не дадите свой контакт? На всякий случай.

Проводив княжну, я сразу же уезжаю в усадьбу. Золотой в порядке, гвардейцы следят за желточешуйчатым и его питанием, а значит, можно денек отдохнуть вместе с Лакомкой. Младших жен сейчас нет, и это большой плюс. Капризы Светки — иногда вещь труднопереваримая.

Первым, кто меня встречает, это радостная Лакомка. Ну кроме вальяжного Шархана и дурацкого попугая-умертвия. Мы с птицей друг на друга оскаливаемся, но этим и ограничиваемся. Время для решающей вендетты еще не пришло. Вот, погодите, попадет мне в Легион некромант, тогда этот общипанный скелетон по-другому запоет.

— Гепара с Кирой сейчас гуляют в городе, — тихо сообщает альва. — Но у нас в гостях князь Морозов.

Только Юрия мне сейчас не хватало. Отдохнул, называется.

— Не приставал? — внимательно смотрю на главную жену.

— Что ты! Что ты! — остроухая блондинка качает головой. — Юрий Михайлович ведь не самоубийца какой-то!

— Ну да, точно, — кивнув, я прохожу в гостиную и жму руку вставшему с дивана князю.

— Данила, наслышан о твоих новых ВВС, — уважительно отзывается Морозов. — С таким бомбардировщиком и против ликанов не страшно идти.

— Пока ликаны только в проекте, Юрий Михайлович, — отрезвляю горячего старика. — Сначала мне надо с ними переговорить.

— Ну вот, — удрученно роняет князь.

Мы садимся, и Лакомка лично приносит нам чай с ватрушками, а затем уходит.

— Знаешь, Данила, когда на том балу я увидел твою жену в облике ирабиса, то внутри меня прям всё перевернулось, — грустно роняет Морозов, без наслаждения жуя ватрушку. — Я даже подумал: вот бы мне схватить эту красавицу и увезти.

— Да? И почему не схватили и не увезли? — я улыбаюсь, но улыбка у меня, видимо, очень красноречивая, потому что Морозов спешит сказать:

— Потому что она жена графа Вещего-Филинова, а я не смогу править княжеством без головы.