— Моя вина, конунг. Подвел тебя, — с надрывом произносит Булграмм, а затем выпрямляется и, гордо вскинув рога, заявляет: — Я готов умереть в бою за свою вину!
Я фыркаю:
— Умереть? Слишком просто. Так легко ты не отделаешься, Великогорыч. Наказание придумаю позже, — отмахиваюсь. — Ладно, сколько у нас времени?
— Час, не больше.
— Мои перепончатые пальцы! — восклицаю я. — Быстро готовьте Зал Торжеств!
Булграмм морщится, скептически глядя на меня:
— Конунг, да куда там! За час ничего не успеем приготовить.
Я закатываю глаза и, поднимая взгляд к потолку, мысленно просчитываю варианты.
— Ладно, будем импровизировать, — тут же передаю мыслеречью Лакомке:
— Срочно собирайтесь и наряжайтесь! Через час Павлинарх припрется с королевским визитом. Все жёны должны выглядеть как с иголочки.
Мысленный ответ от Лакомки не заставляет себя ждать.
— Кхм, через час? Мы же не знали…
— Никто не знал, — бросаю взгляд на смурного Великогорыча. — Почти.
— Мелиндо, тогда что насчёт еды? Тавры же ничего не готовили. И наши кухарки тоже.
— Верно. Пошлите кого-нибудь в забегаловки Студня и других вассалов, пусть накупят еды.
Ну, а что? Импровизация, как-никак.
— В «Метрополь»? — уточняет альва.
— Нет, там долго готовят.
— Тогда какие варианты?
— «Невская шаверма» и «Шаурма на бегу» сойдут.
Глава 8
Ресторан «Матрешка», Москва
Тусклый свет свечей мягко освещает роскошный ресторанный зал, полностью арендованный для этой встречи. Толстые шторы плотно закрывают окна. Атмосфера здесь напоминает заговорщический клуб
Красный Влад, молча входит в зал. Его тяжелые шаги почти не слышны на ковровом покрытии. Владислав ненавидит подобные сборища, особенно когда в них участвуют сильнейшие бояре Русского Царства. Тайные встречи влиятельных людей никогда не предвещают ничего хорошего — слишком часто такие разговоры перерастают в интриги, угрожающие государственной стабильности.
«Надо бы такие сходники вообще запретить на законодательном уровне», — думает Владислав, подходя к столу. Но раз его позвали, то стоит выслушать бояр.
За длинным дубовым столом сидят семеро бояр, чьи лица наполовину скрыты тенью. Эти люди когда-то составляли Семибоярщину, ту самую, что помогла Царю удержаться у власти в смутные времена. Однако время изменило и страну, и их самих.
— Владислав Владимирович, мы благодарны, что вы откликнулись на наше приглашение, — произносит один из бояр, седовласый мужчина с глубокими морщинами на лице.
Владислав кивает в ответ, безэмоционально оглядывая каждого из собравшихся. Он медленно садится на свободный стул.
— Итак? — бросает он коротко, переплетя пальцы рук на столе. — В чем дело?