— Сундук, говоришь… Да, пожалуй, это неплохая мысль.

Я смеюсь не сдерживаясь. Сижу тут и богатею. Ну прикольно же? Хотя, если честно, мне уже порядком надоело мариноваться в этом чёрном шаре.

Пора появляться.

Я отменяю технику, и кокон с треском разрушается, осыпаясь чёрной пылью. Воздух врывается в мои лёгкие, а в теле чувствуется свежий прилив сил. Мой «сон» в коконе оказался на редкость продуктивным.

Я оглядываю собравшихся и, едва сдерживая усмешку, широко улыбаюсь:

— Какие люди! Конунг Тапио! Какая встреча! А, кстати, не просветите, что я здесь делаю?

В зале повисает тишина, густая и липкая, словно растёкшийся мёд. Все смотрят на меня, уронив нижние челюсти.

Конунг поднимает руку в приветственном жесте:

— Да, конечно, граф Данила! Обсудим, но давайте наедине.

Он указывает мне следовать за ним, и мы уходим в боковую комнату. Там Тапио, изображая спокойствие, садится на массивное кресло, но нервный взгляд и подрагивающие пальцы выдают его состояние.

— Видите ли, вы попали в психическую ловушку, — начинает он осторожно. — Мой сын решил взять вас с собой, чтобы помочь вам прийти в себя.

— Как мило с его стороны, — отвечаю с ухмылкой. — Если не ошибаюсь, я слышал что-то про сундук золота?

Конунг моргает, торопливо отвечает, будто пытается сгладить ситуацию:

— Да, сундук золота, конечно. Вы его получите. Но, граф Данила, не могли бы вы договориться со своими подданными? В частности, с этим… Чернобусом. Чтобы они не нападали на Турку и отступили назад. Видимо, произошло недоразумение: они решили, что мы вас пленили.

Я задумчиво киваю:

— Надо же, какое страшное недоразумение. Очень вовремя я проснулся. Конечно, всё уладим. Готовьте сундук и отправьте к моим людям переговорщиков. Передайте, что их граф-конунг-лорд жив-здоров и уже готов к возвращению.

Конунг вздыхает с облегчением. Коротко кивая, он уходит, оставляя меня в ожидании переговорщиков. Что ж, время есть, а спешить мне некуда.

Некоторое время я провожу в гостевых покоях, уютно устроившись на мягком диване. Поглядываю на резные узоры потолка, лениво водя пальцем по горячей чашке крепкого кофе. Рядом — блюдо с румяными пирожками, испускающими заманчивый аромат. Прекрасно. Если уж приходится ждать, то пусть это будет ожидание с вкусняшками.

Дверь резко распахивается, и в комнату врывается Светка, сияя, как солнце в полдень.

— Даня, ты цел! — не успевает она дойти, как уже оказывается у меня на шее, сжимая так, будто проверяет мою физическую выносливость.

За ней входят Морозов, Студень, Ледзор и сканер Диод. Одиннадцатипалый смеётся своим фирменным хохотом: