Ангел, на мгновение замявшись, всё же продолжил:

— Но складывается впечатление, что Филинов собирается устроить экспансию на Боевом материке. С помощью некромантов и вульфонгов.

— А зачем ему вульфонги? — хмыкает Хоттабыч. — У Филинова есть куда более надёжные тавры, у них и психика крепче, и нет садистских наклонностей.

— Чтобы замести следы, — развёл крыльями Ангел. — Для чего ещё?

Хоттабыч провёл рукой по подбородку, не очень-то веря в версию Ангела. Филинов не дурак, чтобы распространять по Боевому материку оружие, за которое ему может прилететь. Эксперимент по выращиванию сильной расы воинов ещё не до конца провалился, и Организация ещё ведёт наблюдение за зверолюдьми.

— Ладно, я поручу расследование ответственным лицам, — буркнул Председатель.

На мгновение замер, устанавливая мысленную связь с Масасой:

— Дорогая леди, у тебя задание.

— Занести вам ещё яблок, что ли? — заворчала негритянка.

— О, и это тоже. А затем поговори с Филиновым. Поблагодари от меня за яблоки, спроси, как там поживает Катюша…

— Оххх, — протяжно вздыхает магиня. — Председатель, я — Высший Грандмастер, а не девочка на побегушках.

— А затем выясни, что он устроил на Острове Некромантии, — невозмутимо продолжил Хоттабыч, и девушка удивлённо замолчала. — И особенно — откуда у некромантов и у вульфонгов взялось примитивное земное оружие.

* * *

Через час мы с Ледзором, Айрой и Змейкой выезжаем из крепости Шах на джипе. Ледзор ведёт, как всегда. Я уже уселся сзади и с трудом заставляю себя медитировать, чтобы не тратить время зря. Ухабистая дорога петляет между деревьев, и трясёт жутко. Боевой материк отчаянно нуждается в скоростных трассах — тогда бы и я мог даже поспать, положив голову на колени избранницы.

Медитация поднадоела, тем более и условия дурацкие. Потому просто листаю память легионеров и банк чужих воспоминаний в поисках чего-нибудь интересного.

И вдруг — Ледзор резко жмёт на тормоз, я машинально хватаюсь за ручку над дверью. Машина замирает с коротким скрипом шин по грунту. Хорошо, что все пристёгнуты, а ведь Змейка всегда ворчит, когда я её застёгиваю.

— Ты чего встал, Одиннадцатипалый?

— Граф, тебе, хо-хо, пришли спасибо сказать, — усмехается Ледзор, кивая вперёд.

Я выглядываю из окна — на дороге стоит грифон. Тот самый, которого мы привезли в Шах. Как только шакхары его вылечили, то отпустили. Шерсть и перья блестят на солнце, мощные лапы упираются в землю, а крыло поднято в полуприветствии.

Я киваю пернато-лохматому в ответ.

— Больше не попадайся, — отправляю по мыслеречи.

— Рррра! — зверь подрыкивает в ответ и улетает.