Конечно, я немного приврал: если уж Ледзор не сдюжил бы, то этим парням уж точно хана. И они это понимают — вон как затряслись. Зато проверил на смелость.

Но толстяки решительно надувают щёки — и все, как по команде:

— За нашего Одиннадцатипалого!

Я только фыркаю:

— Ну хоть что-то.

Кстати, пока не забыл, кидаю мысль Лакомке:

— Свяжись с Булграммом. Передай Великогорычу: Остров Некромантии начал войну. Целится прямо в Боевой материк.

И добавляю:

— И скажи ему, что я уже готовлю ответ. Но не дипломатический.

* * *

Давирис, Тавириния

Неподалеку от цитадели тавров в самом разгаре был генеральский поединок. Суровое, напряжённое противостояние. Тавры против ягуароидов. На кону — не просто счёт, а воинская честь и вопрос территорий. Да, в старину за такие вещи рубились на клинках, но теперь… времена другие.

Началось всё с жалобы: ягуароиды надули щёки и заявили, что тавры зачастили на их земли. Мол, охотятся без согласования, пугают дичь, ведут себя по-хозяйски. Тавры таким не промышляли, а потому поспорили. Ягуароиды уперлись и даже пошли на оскорбления. Тавры уже не могли такого потерпеть. Вызов брошен — вызов принят.

Решить по-мужски? Легко.

Булграмм мчался по полю. Его каменные доспехи сверкали на солнце, сапоги вздымали пыль. Перед ним — трое ягуароидов, глухо рычащих, гибких и когтистых. Он обходит их, как кегли, разворачивается в прыжке — и смачно лупит ногой по мячу.

БАХ!

Мяч взмывает в воздух, замирает — и точно влетает в ворота.

— ГОООООЛ! — орёт Булграмм, размахивая кулаками. Голос его сотрясает поле.

— Тавириния! — в ответ грохочут зрители, большей частью тавры, ревут, как лавина.

Ягуароиды уныло опускают кошачьи уши. Счёт 10:9. Матч окончен. Победа за таврами.

К Булграмму подходит генерал ягуароидов, который и был капитаном команды противников. Взгляд — как у кота, которого лишили последней подушки.

— Лучше бы мы сражались на мечах, как в старину… — вздыхает он, обводя взглядом поле.

Булграмм ухмыляется. Хлопает того по плечу — по-дружески, но так, что тот чуть не приседает.

— Конунг Данила запретил нам устраивать войны без крайней нужды. В таких случаях у нас мячи вместо мечей. И правила. И трибуны. И с тебя, лохматый, бочонок пива — по старой договорённости.

Генерал ягуароидов только тяжело выдыхает, принимая поражение. Побеждён, но не сломлен. Хвост по-прежнему держит прямо.

К Булграмму, всё ещё стоящему у края поля с довольной ухмылкой после победного матча, подбегает воевода средней дружины Мавра. Запыхавшаяся, со спутанными волосами и тревогой в глазах, она почти кричит: