Я вытираю лицо белоснежной тряпочкой и улыбаюсь краем губ.

— Сейчас покажу, — и передаю избраннице то, что вижу глазами кашалота.

Корабль продолжает скрипеть под давлением щупалец. Даже «Жнец», построенный из зачарованных, крепчайших костей, не рассчитан на вечное давление — у любой брони есть предел. И вот-вот этот предел может треснуть.

Палуба под ногами дрожит, будто корабль сотрясается в кашле. Но в следующую секунду… давление внезапно ослабевает.

Щупальца, которые только что сжимали корпус, соскальзывают прочь.

В голове трещит вопль, прорвавшийся по всё ещё открытому ментальному каналу:

— Что ты сделал⁈ — орёт атлант. — Кашалот⁈ Откуда тут взялся кашалот⁈ Я царь морей! Стой, кит!

Хех, он, правда, думает своим приказом остановить запрограммированное телепатом животное? Ну и наивный же парень.

— Всегда найдётся рыба покрупнее, — замечаю.

— Ого! — раздаётся радостный крик Гюрзы, ведь леди тоже осталась на канале. Так и быть, её тоже подключаю к прямому эфиру.

Глазами кашалота наблюдаем, как его гигантская туша вспарывает воду с мощью катастрофы. Взмах хвоста — и всё вокруг разлетается в стороны. Кальмар, вместе с атлантом, просто сметается ударом, как сорванные листья в шторме. Огромная туша щупальчатого складывается пополам, и вместе с ней катится в бездну вопящий атлант.

В водовороте что-то блеснуло. Трезубец. Атлант выронил оружие.

Я всерьёз задумываюсь.

На атланта — плевать. А вот за этой закорючкой стоит вернуться.

Не теряя времени, в третий раз активирую портального легионера. Мир сдвигается, искривляется — и я оказываюсь в ледяной воде, чуть в стороне от места удара. Вокруг — хаос. Взвесь, пузырящиеся водовороты, муть. И среди всей этой серой бурлящей массы — трезубец. Он медленно тонет, вращаясь в потоке, словно не желая погружаться на дно морское. Лезвия поблёскивают тусклым светом.

Я на секунду задерживаюсь, оценивая обстановку. Рядом прокатываются остатки удара — мощные течения и клочья ошмётков кальмара, а где-то далеко в глубине исчезает тело атланта. Но мне до него нет дела.

Рывок — и трезубец у меня в руках. Холодный, тяжёлый, скользкий. Чувствую, как из древка струится сила — вязкая, настороженная, будто сама магия трезубца изучает меня в ответ.

Рывок — и он у меня в руках. Переход обратно. Лёгкий хлопок, шлёпнувшаяся с меня вода — и я снова в каюте, тяжело дыша, с трезубцем в руке.

Айра оборачивается ко мне, глаза расширены:

— Всё закончилось?

Я молча киваю.

Айра подходит ближе, разглядывая трофей:

— О!… — ликанка замирает. — Это же княжеский трезубец. Один из тех, что принадлежат князьям Океанарии.