— Может быть, — спокойно ответила Габриэлла. — Но это нужно ради построения исследовательского центра короля Данилы.

Из её собственной тени в тот момент высунулось щупальце, коснулось крыльев и мягко скользнуло по ним, словно проверяя её решимость. Блондинка и бровью не повела и велела гвардейцам:

— Открывайте контейнер.

Гвардейцы переглянулись, но послушались. Взялись за специальные держатели на ручках, осторожно отомкнули замки и приподняли крышку. Один из них заглянул внутрь, замер, потом облегчённо выдохнул, перекрестившись по-херувимски:

— Фуххх… не ожило! Лапы и пасть тоже не отрасли!

Габриэлла сама склонилась, посмотрела внутрь и удовлетворённо улыбнулась:

— Киксовая добавка королевы Лакомки сработала. Мы сможем возить припасы в Прорыв. Это всего лишь суп.

Она взяла ложку, зачерпнула бульон и попробовала.

— Пускай и остывший, — произнесла блондинка, облизнув губы.

* * *

— Филинов! Ты должен был сдохнуть, чёртов гайдзин! — орёт Генерал вулканов и швыряет в меня потоки лавы. Целые реки жидкого огня растекаются по воздуху.

Я ухожу в портал, выскакиваю с другой точки и снова бросаю пси-дротики. В этот раз делаю конструкты меньше и слабее — мне нужен живой легионер, а не труп с пережжённой нервной системой. Его доспех уже ослаб, а значит, перегружать снарядами нельзя.

— Откуда такая ненависть, дайме? — удивляюсь я, продолжая бомбардировать пси-дротиками. — Мы ведь никогда даже не виделись!

Генерал накрывается магматическим коконом, ревёт, захлёбываясь собственной яростью. Сил у него и без того немного, а он ещё надрывается ором.

— Иностранец не может быть дайме и ровней мне! Я чистокровный самурай! Я!..

— Очередной расист, — хмыкаю я и накрываюсь Облаком Тьмы, чтобы магматик мазал чаще и сильнее. Пусть палит, пусть изматывает себя, пока доспех окончательно не сорвётся.

Тем временем положение накаляется. Вражеская гвардия прибывает целыми отрядами. Насте и Светке уже тяжело держать натиск: одна в облике волчицы кроет толпу звуковыми ударами, вторая швыряет Огненные вихри, поражая по тройке за раз. Но вижу — нагрузка растёт, и благоверных могут банально задавить числом, завалить телами. До этого времени я уж подоспею.

— Ты в меньшинстве, гайдзин! — из-за кокона глухо орет Генерал. — Это мой остров!

Я бросаю мыслеречью, давя как прессом:

— Недолго он будет твой. Скоро сюда заглянут имперские инспекторы и увидят, что ты устроил. Афганский десант на японской земле, да ещё и твои рабы всплывут наружу. Конец тебе, «самурай». Император как пить дать отожмет остров.

Испуганный вопль: