Он, Лорд Стали, хозяин рудников, кузниц и плавилен, теперь всего лишь «один из» под властью человека. Круглоухого, смертного, которому едва хватит жизни, чтобы понять малую часть тех процессов, что дроу выстраивали столетиями. Как он мог такое стерпеть? Как позволить себе и другим смириться с этим?

Яростные мысли не давали ему покоя. Он мог принять исчезновение монополий — но то, что его самого свели на уровень простого винтика, было ударом, которого он не ожидал.

А значит, человечишка умрет.

* * *

Я врываюсь в диагностическую палату, дверь не успевает хлопнуть за мной, следом и Гришка залетает. Змейка прыгает через стену.

— Даня! — офигевает казах. — Это что за африканец⁈

— Мой гвардеец, — отмахиваюсь. — Правда, он сейчас не в духе.

Внутри Ганнибал, чернокожий херувим, беснуется только так. Мебель летает, посуда бьётся. Два телепата Смородиных, моего вассального рода, пытаются навязать ему успокоение, но их ментальные щупы бесполезны. Ганнибал рычит, глаза белеют, крылья рвут воздух. Херувим надвигается на них.

— Змейка, сдерживай его, — велю по мыслеречи.

Одновременно подкидываю ей в голову ментальную программу по захватам, каждую связку, каждую блокировку — полный набор борцовских приёмов. Хищница уже обращается в боевую форму, чем напугала Смородиных не меньше бешеного Рвача. Она бросается к Ганнибалу, и начинается схватка. Но недолгая. Очень скоро Ганнибал оказывается скручен и вдавлен слюнявой физиономией в пол. Гулкое рычание сливается с её коротким шипением. Вообще у Змейки отличные рефлексы, да и я ее усовершенствовал. Проблема в другом: Горгоны не запоминают на мышечном уровне восточные единоборства. Они созданы рубить, не выучивать сложные комбинации на автомате. Можно, конечно, перепрошить, заточив алгоритм на постоянное исполнение, но это вредно — ломает ось личности, оставляет баги. Поэтому я подкидываю нужные приёмы по ситуации: пока они свежи в памяти, Змейка использует их идеально. Как временная патч-операция — работает всегда.

— Мазака, срррубить? — поднимает на меня глаза Горгона, уперев колени в спину Ганнибала и одновременно заломив ему руки.

— Эй, погоди, милая! Это же наш парень, — я присаживаюсь на корточки возле него.

Сначала быстрое сканирование. Ну да, снова бешенство, болезнь штурмовиков Астрального Прорыва. Хотя опять же я в прошлый раз вылечил Рвачей, и повториться без нового триггера не должно. Бросаю взгляд на тучи в окне. Ммм, а эти тучки-то похоже и триггернули Ганнибала. От них прямо веет астральщиной.

Я подключаюсь к Рвачу и пробираюсь к центру его сознания, зацепляю разум, запускаю свои ментальные программы. Постепенно лихорадочный поток его мыслей начинает стихать. Буйство схлопывается, будто пожар затушили ледяным дождём. Постепенно дыхание Ганнибала выравнивается, дрожь уходит, мышцы расслабляются, и мир в палате возвращается в норму.