— Конечно, — уверенно отвечаю я. Мужчина обязан излучать спокойствие перед своими женами, особенно когда вокруг кишит орда одержимых, а их вожак угодил в хватку другого высшего менталиста.

Бывшая княжна Морозова волнуется не зря. Хоттабыч нам не друг, но сейчас старик занят полезным делом. В общем, он играет по моим нотам. Я знал: хитрый лис будет бить наверняка. И здесь он не по мою душу. Раз Хоттабыч не за Демонов, ему нужно выбраться из боевой колонии, а единственный путь — перебить одержимых. Ну и убрать Размысла, чтобы тот не подставил своего босса Председателя перед Правящим советом Организации как сообщника в сговоре с Астральными богами. Видимо, за этим Хоттабыч и прокрался в Штормсборг.

И ловушка сработала. Главное было подать ему Размысла на блюдечке. С самим Хоттабычем я разберусь позже. А ведь придется разбираться. Вон, он уже косится на Меч Телепатии, едва не облизывается, хоть и занят схваткой. Любит старик редкие артефакты. Да и у нас с ним очень терпкие отношения сложились.

Пока мои жены и правители сдерживают натиск одержимых — к ним и Шельма подключилась, пусть Демонесса развеется, — Хоттабыч удерживает Размысла за шкирку над краем крыши, словно нашкодившего котенка. Пси-путы сковали врага с ног до горла, и тот, израненный, лишь бессильно хрипит.

— Размыслушка, вот и все, — с натугой бросает Хоттабыч. — Недооценил ты Данилушку, да и я тоже. Думал, ты его мигом положишь. А нет, сдал ты, сильно сдал, даром что демонюгам поганым продался. И стоило оно того, раз за спиной своей сутулой не следишь? Сейчас додавлю тебя — и прощай, мой неверный друг.

— Я доссстану тебя из Ассстрала, — мычит Размысл.

— А вот нет. Постараюсь расщепить твое сознание, чтобы ты уже не вернулся даже как Лорд-Демон.

— Старый дурень! Так я уже прррродал душу Горррре! — вдруг утробно рычит Размысл.

Его шея неестественно вытягивается, хрустит и становится длинной и гибкой, как у питона. Клыки мгновенно отрастают, и в приступе животной ярости менталист изворачивается, вцепляясь пастью в плечо Хоттабыча. Вот это да! Я ощутил, как сорвались печати, отделявшие Размысла от Астрала. Действительно продался жирдяю Горе! Его сознание мгновенно пропиталось астральной отравой.

Хоттабыч взвыл от боли, но поздно — Размысл уже обвил его удлинившейся шеей. Сцепившиеся высшие менталисты испускают волны псионики. Мне приходится отгораживать ее от своих людей, а то один такой всплеск может проломить щиты.

В смертельном клубке они отшатываются назад, переступают через парапет, обломанный атакой Царя Бориса, и вместе срываются вниз со стометровой высоты. Примечательно, что крыльев нет ни у одного из них.