Может — зря пошёл на компромисс. Плохая примета. Из-за приметы, наверно, проистекали последующие неприятности. Как пел Андрей Макаревич до его объявления в России иноагентом, не стоит прогибаться под изменчивый мир, пусть лучше он прогнётся под нас. Прибыли 16 ноября во вторник, вселились в гостиницу после полудня, оставив машины, и встретились с чиновником объединения «Автоэкспорт», представившимся Виктором Матвеевичем, он приставлен к нам до самого Берлина. С ним проскочили через МИД, получив загранпаспорта, и отправились в банк за валютными командировочными. Хоть Москва 1976 года была не столь перегруженной транспортом, наш «Икарус» с двумя десятками человек делегации и водителем, не обладающим опытом столичной езды, передвигался небыстро. Кассирша нашла телекс с указаниями наших фамилий, сверила паспорта, явно нервничая, что свалившаяся на её голову орава белорусов заставит задержаться на минуту или целых две после окончания рабочего дня.

— Всё правильно. Марками ГДР вас сегодня рассчитаю. Злотые кончились, приходите завтра к двенадцати.

Я сделал вид, что сохраняю полное спокойствие.

— Виктор Матвеевич, решайте вопрос. Старт в десять, до этого предстартовая проверка автомобилей. Иначе мы вынуждены сойти с ралли в Бресте.

— Как в Бресте⁈ Вы не имеете права!

Его словно бешеный жук ужалил.

— Имею. В приказе об откомандировании людей с МАЗа чётко записано: с командировочными в рублях и иностранной валюте. Да и на что нам жить три дня в Польше? Так что не вижу смысла получать, а потом сдавать марки.

Я довольно быстро допёр, почему москвич столь обеспокоен срывом: если мы не поедем, то и его командировка накрылась медным тазом. Он суетился, выпросил телефонный аппарат, куда-то звонил, кассирша вообще села на измену:

— Берёте или не берёте марки? Я закрываюсь.

Высоцкий, главный от МАЗа и зам генерального, смотрел на меня с бо-ольшим вопросом. Я — капитан команды, моё слово — решающее. Ну что же… Поиграем в демократию.

— Товарищи! Сейчас я поставлю условие: обеспечить нас злотыми в Минске или в Бресте. Этот гусь, обрывающий чей-то телефон, себе командировочные наверняка получил. Мамой поклянётся — деньги будут. Но я не ручаюсь, что сдержит обещание. На бензин милостыню будем выпрашивать?

— Нагрузим полный автобус канистрами, — сориентировался Высоцкий. — Продуктов возьмём, ни в чём не будете нуждаться. А если кто-то что-то хочет купить, так в Берлине покупки. Польша — не очень в плане снабжения.

Похоже, он убедил колеблющихся. В результате взял ответственность на себя. Тем лучше.