— Уйдёт вслед за Кобылиным, — пожал я плечами. — Именно через Кобылина он вообще попал в интернатуру. Но давайте не будем терять времени, переходим к финальному акту.

Мы с наставником отправились на административный этаж. Главврач уже проводил членов комиссии, и поджидал нас. Все вместе мы отправились в кабинет Семёна Михайловича.

— К вам можно? — первым постучался и заглянул Николай Андреевич.

Мы с Зубовым молча зашли вслед за ним. Семён Михайлович недоумённо на нас уставился.

— Что происходит? — с плохо скрываемым страхом в голосе спросил он.

Я взглянул на часы. По времени всё было рассчитано идеально.

— Вам звонят, — спокойно ответил я.

И в этот же момент у Кобылина зазвонил мобильный телефон. Он взял трубку и побледнел ещё сильнее.

— Да. Но… Я… Да… Хорошо, — он положил телефон и вытер платком пот со лба.

Финальный штрих. Это было как раз то, о чём я договаривался с Анатолием Афанасьевичем. Быстро понял, что раз у него есть связи в министерстве — то он тоже поможет нам разобраться с Кобылиным.

Просто так его может и не уволили бы из клиники, но главврач уже отправил в министерство другие материалы, подтверждающие, хоть и косвенно, все не самые лучшие дела Кобылина.

— Не стоило вам со мной ссориться, — произнёс я. — Сами вырыли себе яму.

— Вас ждут в министерстве здравоохранения, — добавил Николай Андреевич. — И очень хотят с вами поговорить.

— Было неприятно с вами поработать, — сказал Михаил Анатольевич. — Всего недоброго.

Кобылин обвёл нас всех взглядом, взял пальто и вышел из кабинета. За вещами ещё вернётся, сейчас ему надо торопиться в министерство.

Наверняка рассчитывает, что сможет ещё исправить эту ситуацию. Наивный.

— Константин, вы снова нас всех выручили, — обратился ко мне главврач. — Уже стали символом нашей клиники.

— Благодарю, — улыбнулся я. — Я и сам всегда выступаю за справедливость.

С остальным я оставил разбираться главного врача. Бюрократические моменты, разговоры с министерством, поиски нового заместителя…

Остаток дня прошёл настолько спокойно, насколько мог бы. Ковалёв после всего произошедшего вообще исчез из клиники, и вряд ли собирался ещё когда-нибудь вернуться.

После столь насыщенного дня я тоже сразу же направился домой. Привычной дорогой, пешком, путь занимал у меня всегда около получаса.

В одном из проулков, где уже было достаточно темно, мне навстречу резко вышла мужская фигура.

— Боткин? — голос мне был не знаком.

— Да, с кем имею честь говорить? — поинтересовался я.

Вместо ответа мужчина вытащил пистолет, и наставил его на меня.

— Вам передали привет, — холодно произнёс он, и положил палец на курок.