На мужа Филимоновой этот мужчина не похож, слишком молод. Тогда с чего он задаёт такие вопросы? Я слышу в голосе ревность. Хотя это может быть и попытка учудить скандал.

— Меня с ней просто познакомили, — спокойно ответил я. — Самое наименее подходящее слово для этого — крутился. Так что да, я в курсе.

— Лучше и держитесь от неё подальше, — заявил павлин. — Если проблем не хотите.

А вот это звучало как угроза. Не очень люблю, когда мне угрожают.

— Я сам разберусь, с кем мне и как держаться, неизвестный доброжелатель, — с улыбкой ответил я. — И проблемы я обычно решаю сам. Так что не стоит так волноваться за мой вечер. И всего доброго.

Павлин остался переваривать мои слова, а я направился дальше. Есть подозрение, что это любовник Аллы Борисовны. Который решил её приревновать, ни с того ни с сего. Это как раз у него надо спрашивать, в курсе ли он, что Филимонова замужем.

— А вот мой сын, он работает в лучшей клинике города, — поймал меня за руку отец, уже разговаривающий с двумя представительными мужчинами в костюмах. — Поэтому если вам будет нужна медицинская помощь…

— Алексей, это плохой намёк на наш возраст, — расхохотался один из них. — Пусть твой сын представится.

Этот бал-маскарад нравится мне всё меньше и меньше. Словно нахожусь в котле с ядовитыми змеями. Каждый норовит ужалить другого.

«Мне здесь тоже не нравится, запахов очень много» — услышал я мысли Клочка. Да, я взял его на бал, и сейчас он устроился в кармане моего пиджака.

«Потерпи, уходить сразу будет невежливо» — коротко ответил ему я.

— Константин Алексеевич Боткин, врач-интерн, — представился я вслух. — И как интерн, я не могу никаким образом повлиять на ваше место в клинике. Так что отец ошибся, это не ко мне.

Мне не нравилось ни поведение отца, который снова пытался закрепиться в обществе за счёт моей работы, ни эти двое джентльменов, в голосе которых сквозила фальшь.

— Но он может повлиять на то, чтобы вы… — попытался сказать отец.

— Я могу повлиять только на то, чтобы вам было оказано лечение, если вы попадёте в нашу клинику, — перебил я его. — И всё.

Больше слушать этот ненужный разговор я не стал. Отвернулся от них, и вдруг увидел чуть вдалеке смутно знакомую фигуру. Не может быть!

* * *

За час до этого.

Барон Филимонов оттягивал момент, когда самому надо будет явиться на бал. Вместо этого он занимался своими бумагами.

Но вдруг к нему в кабинет беспардонно ввалился барон Жуков.

— Вы с ума сошли? — ахнул Филимонов. — А если кто-то вас увидит⁈

— Не увидит, все сейчас прибывают на бал, а не в ваш кабинет, — отрезал Михаил Игнатьевич. — Я пришёл, чтобы окончательно уладить наши дела.