Я выслушал сбивчивый рассказ Никиты про экспериментальное лечение, не веря своим ушам.

— Никита, зачем ты вообще всё это устроил? — спросил я. — Я же обсудил с Маргаритой план её лечения. Объяснил, что вылечу её с помощью магии. Зачем ты вмешался?

— Я не знал, сколько придётся ждать, — упрямо ответил он. — А Маргаритке могло стать хуже! А тут я прочитал отзывы…

Отзывы он прочитал. Да Фетисова была права — в интернете могли написать всё, что угодно! Это могли быть заказные отзывы.

— Это было очень глупо с твоей стороны, — только и сказал я.

И поспешил активировать аспекты и осмотреть Маргариту Александровну. Увиденное меня не обрадовало, от слова совсем.

Из-за «прогрессивного» лечения ВИЧ-инфекция не только усилилась, но и приобрела магические осложнения. И теперь полностью вылечить её магией не представлялось возможным, часть вирусов научились такого лечения избегать.

Сейчас я смогу облегчить ей состояние, с помощью новых сил и своей схемы я уберу большую часть вирусов. Но не все.

И те, что останутся — снова будут размножаться. Бесконечный процесс.

Никита, Никита, что же ты наделал…

— Ну что там? — обеспокоенно спросила Фетисова. — Я чувствую, словно стало хуже!

— Так и есть, — отрицать это не было смысла. Я объяснил, что конкретно произошло.

— Так что, вылечить меня теперь не получится? — испуганно спросила Маргарита.

— Я найду способ, — твёрдо ответил я. — Пока что лишь попрошу — больше никаких экспериментальных лечений. Сейчас я вкачаю магию, и станет легче. Но как вылечить вас полностью — теперь мне надо хорошо подумать.

И придумать новый способ надо как можно быстрее. Есть риск, что та часть вирусов, которая невосприимчива к магии, «научит» другую. И тогда даже симптоматическое лечение перестанет помогать.

— Может, всё-таки стоит закончить лечение? — голос Никиты стал куда менее уверенным, чем был до этого. Он понимал, что не прав.

Но признать неправоту для него означало признать и тот факт, что он поставил жизнь Фетисовой под угрозу. И сделать это он никак не решался.

— Если тебе совсем жизнь Маргариты Александровны не важна — тогда заканчивай, — грубо ответил я.

Грубо, но по делу. Никита поджал губы и отвернулся. Уверен, Фетисову на третий курс лечения он не отправит. И сам уже понимает, что натворил. Хотя ему и тяжело в этом признаться.

Я влил в Фетисову магию, отчего её щёки порозовели, и она приняла более здоровый вид.

— И правда лучше, — улыбнулась она. — Спасибо, Константин.

— Пока не выписывайтесь, лежите в палате, — распорядился я. — Я придумаю, как вам помочь.

Один раз уже придумал, а значит, и второй раз придумаю.