Юристы клана уже проверили все бумаги, исков к покупателю при банкротстве компании не последует, потому что процедура банкротства еще не начата.

Особняк меня не заинтересовал.

Да, добротный домина на полторы сотни человек, если считать и прислугу, приличная прилегающая территория, ухоженный парк, но и только.

Родовое поместье оказалось интереснее.

— Нынешний владелец — род Нехсат, — сказал поверенный. — Несколько столетий назад Нехсат были довольно сильным родом, у них было несколько перерабатывающих заводов по всей стране. При смене правящей династии они потеряли почти все. Из бизнеса у них осталось только производство бумаги, но в наш век потребность в бумаге становится все меньше. Родовое поместье Нехсат стоит пустым уже лет сорок, род еще при прошлом главе переехал в провинцию, поближе к своему последнему производству.

— Почему они продают поместье? — спросил я.

— Содержание поместья требует денег, — ответил поверенный. — Даже если там никто не живет, и род не тратится на сам дом, в этой части кланового пояса действуют определенные государственные требования. Род-хозяин поместья обязан поддерживать в рабочем состоянии магическую защиту периметра. Это очень древние системы, и поддержание их работоспособности обходится довольно дорого. Умельцев, способных создать такую защиту в настоящее время уже не осталось, поэтому государство старается сохранить то, что есть. Отсюда и требования к владельцам родовых поместий. Не выполнить их нельзя, это тот единственный случай, когда государство может отобрать у нерадивого хозяина родовые земли.

Поверенный практически слово в слово повторил то, что говорил мне Эксара.

Когда мы приехали в поместье, я понял, что все далеко не так просто.

Во-первых, это место было мне знакомо, я уже был в этом районе. Причем не просто в районе, а вот буквально здесь, на соседней улице.

А во-вторых, дома как такового тут не было.

Когда мы зашли на территорию родового поместья Нехсат, перед нами открылись руины. В прямом смысле этого слова.

Второстепенных построек не было вообще, вся территория представляла собой гладкий участок земли, спекшийся чуть ли не до состояния стекла. На месте бывшего главного особняка стояли остатки стен, высотой едва ли в полтора этажа.

Ни крыши, ни перекрытий не сохранилось, только куски стен торчали уродливыми клыками. Они были почерневшими, покосившимися и кое-где оплывшими от жара.

Не после каждой войны остаются такие масштабные разрушения.

Мы стояли практически около въездных ворот и рассматривали этот памятник огню издали.