Задержанный молчал.

— Однако в соответствии с неписанными правилами аристократов, — якобы неохотно сказал я, — у вас есть второй вариант. Я готов принять от вас откуп за мое молчание вместе с извинениями за этот инцидент. Скажем, миллионов десять. Но только при условии, что вам привезут ваши документы вместе с откупом, и я смогу убедиться, что вы действительно принадлежите к роду Верза.

— Звонка от главы моего рода вам будет недостаточно? — хмуро спросил он.

— Нет. Голос главы рода Верза я не знаю. Его номер телефона — тоже.

— У меня нет таких денег, — сказал задержанный.

— Вам в любом случае придется объясняться с главой рода Верза, если вы действительно к нему принадлежите, — пожал плечами я. — Договор аренды склада будет аннулирован сразу после того, как выяснится ваша личность. И мне без разницы, на кого конкретно вы работаете, иметь дело с настолько нечистоплотным арендатором я не собираюсь.

— В договоре прописана неустойка за досрочное расторжение, — слегка оживился мужик.

— Часть вашего откупа пойдет на ее покрытие, — усмехнулся я. — Или вы выберете официальный путь, через полицию?

— Нет, — сдался задержанный. — Верните мне телефон, я сделаю один звонок, и через час мне привезут документы.

— Вместе с откупом, — напомнил я.

— Вместе с откупом, — опустил голову он.

Я перевел взгляд на Одаки и кивнул. Тот достал из кармана телефон и протянул задержанному.

— Присмотрите за ним, — произнес я. — Я подожду вас в офисе.

— Да, господин Дамар!

* * *

— Господин, зачем вы его отпускаете⁈ — возмутился Тахир, когда мы втроем поднялись в складской офис и заняли комнату для переговоров.

Я бросил взгляд на Рахэ, тот ответил мне понимающей улыбкой.

— Верза — мелкий род, — ответил я. — И, насколько я помню сводку по арендаторам, с репутацией у них и так беда.

— Ходили одно время слухи, что они чуть ли не до уровня городской банды опустились, — подтвердил Рахэ.

— Обвинения, которые мы можем предъявить, смешные, — продолжил я. — Никто не даст аристократу срок по таким обвинениям. Максимум, штраф назначат. Репутацию Верза мы, конечно, можем попортить, но она у них и так не очень.

— А деньги — это деньги, — предположил Тахир.

— Не только, — слегка улыбнулся я. — Верза — небогатый род. Удар по кошельку для них чувствительнее, чем по репутации.

— Тогда почему он согласился на откуп?

Я вопросительно посмотрел на Рахэ.

— Потому что Верза — не сами по себе, — сказал безопасник. — При широкой огласке есть шанс, что всплывет их заказчик. Небольшой, но есть. Журналисты — очень пронырливые ребята. Иногда они и профильным спецам фору дадут.