Повинуясь моей воле, в правой руке появился черный, словно поглощающий свет изогнутый клинок. Некротическая сущность в нем, почувствовав рядом прорву живых существ, дернулась, но получила от меня удар и затихла. Как и толпа, завороженно следящая за моими действиями.
Давай же! Ну! Упустишь момент! — взвыл в моей голове Димитр.
Да гори оно все! Я сосредоточился, вспоминая нехитрое плетение. И почти сразу над моей головой закружился рой зеленоватых магических светлячков. Поначалу всего десяток, но с каждым мгновением их становилось все больше и больше, пока счет не пошел на сотни, и их свет не озарил все вокруг мягким изумрудным сиянием. Зеленые точки, подчиняясь финальному штриху, своими тельцами выстроились в большой, больше метра в высоту, зеленый росток — символ клана Якостроф.
И когда в ответ раздался рев еще громче прежнего, я окончательно понял — они пойдут за мной куда угодно. Войне быть!
* Автор имеет ввиду статую Зевса в Олимпии — древнее, ныне утерянное чудо света.
Глава 10. Еще один верный друг
Небольшой провинциальный храм Ареса в Микенах явно переживал не лучшие свои времена. Обшарпанные, местами пошедшие трещинами колонны, потускневшие изображения внутри, скрипящая рассохшаяся дверь... Ничто не говорило о том, что еще несколько десятков лет назад храм бога войны был одним из самых посещаемых и почитаемых не только в городе, но и во всем Пелопоннесе. Но теперь, когда Союз элладских городов жил в относительном мире, поток прихожан, а значит, и пожертвований, медленно, но неумолимо иссякал. На текущий момент сюда время от времени заглядывают лишь самые набожные солдаты из регулярной армии. А учитывая, что количество войск значительно сократилось, вообще встал вопрос о закрытии храма. За ненадобностью.
Верховный жрец Агид поначалу скрежетал зубами от злости и пытался бороться. Посылал жрецов на улицы и площади с проповедями, да и сам иногда не гнушался зазывать погрязших в мирской жизни горожан, обещая страшные кары от Ареса за такое пренебрежение. Однако бог войны не спешил наказывать эллинов за дерзость и постепенно энтузиазм Агида поутих. А вслед за этим пришли сначала отчаяние, а потом и смирение.
Верховный жрец, равно как и остальные, выбравшие служение грозному богу войны, давно бы сломался, если бы не другая, тайная часть их служения, о которой знали немногие избранные. Последние несколько тысячелетий любой, вступивший на порог храма Ареса, становился махитином — воином, убийцей, провокатором в одном лице. Предназначение махитинов — следовать воле своего бога и сеять раздор, насилие, конфликты везде, где укажет Арес.