— Ладно, ладно, но у меня условие!

Директор замирает, поднимает голову. На лбу шишак размером с картоху.

— Проси что хочешь!

— Прямо что захочу?

— Всё, что захочешь! Кроме… хи-хи… власти, денег и чьей-то жизни. В любых проявлениях.

— Вы же энтропист, верно?

— Это страшная тайна!

— Ага, очень страшная.

Ненадолго задумываюсь. Стоит ли оно того? В целом последствия непредсказуемые, так что рискну.

Осторожно подбираю слова:

— Я слышал про одно плетение пятой ступени… Мне рассказывал один… знакомый. Вроде бы называется «Узы кровавой правды»… Только серафимы могут его использовать… Псионика плюс энтропия.

— О, какие познания. — Директор наконец встаёт, оттряхивается, щупает шишак. — Есть такое плетение, да.

Ага. А ещё Альдавир говорил, что все серафимы-выпускники в академии обязаны произнести клятву на этом плетении. Что-то вроде верности Аббатству. Нарушив клятву — погибаешь.

— Согласен! — Глаза директора горят фанатизмом. — Проведём обряд прямо сейчас!

— Серьёзно?

— А что такого, хи-хи… На мне столько клятв, что я веду специальные записи, кому что обещал, чтобы случайно не сболтнуть лишнего.

— Мне говорили, что это крайняя мера…

— А кто говорил? Тот, кто не умеет держать язык за зубами.

* * *

Обряд оказывается именно таким, каким мне его описывал Альдавир, хотя даже он не мог его использовать. По его словам, в академии подобное практикуется часто, но лишь несколько профессоров, включая директора, знают это плетение.

Запитанная эфиром кровь сначала смешивается с кровью того, с кем заключаешь сделку, а потом эту гадость надо разделить по-братски и выпить.

Директор вдобавок что-то чертил на полу и бубнил под нос. Но, судя по ощущениям, — заклинание правильное. Клятву произнёс только он, и довольно простую: мол, обязуюсь никому и ничего не рассказывать об артефакте, который увижу. Но я добавил условие, что директор не использует никаких хитростей, чтобы передать информацию об артефакте третьим лицам. Например, кто-то сейчас нас подслушивает и он об этом знает. Или ведётся какая-нибудь магическая запись разговора, которую можно передать другим. А, и ещё я заставил его пообещать, что никакими методами он не будет пробовать отнять у меня кольцо. Тут директор как-то совсем приуныл, но фанатичное любопытство выиграло, и он согласился. Ох непростой этот карлик, блин.

Когда плетение начинает работать, мы оба знаем, что случится, если он проболтается. Поразительно. А я думал, что безумнее Кости никого не встречу. Вот так вот просто разбрасываться такими заклятиями… Мало кто прибегает к таким мерам.