Норана лопает, и вот она, кажется, происходящим не интересуется. На её голове сидит берлинг и тоже что-то жуёт.
Тиина разглядывает мутантов в формальдегиде и, судя по периодическим взглядам на меня, ждёт, когда я с ней поговорю. Клоуш… набухался и храпит без задних ног. Гримз опять наезжает на Торна, сидящего в уголке и больше похожего на труп… Но всё же воин держится. Не представляю, каково ему после открытия пятых врат. Он сейчас явно хочет свалиться в обморок, но понимает, что нельзя, поэтому пытается делать хоть что-то. Двигать ногами, головой, поднимать камни…
— Я уйду от вас, ясно тебе, старик⁈
— Давно мог… уйти.
— В Аббатстве уйду! У меня там дела, понял ты!
— Хм… какие?
— Не твоё старпёрское дело!
Холодный голос выбивает меня из полудрёмы:
— Долго ты ещё будешь валяться?
Приоткрываю один глаз. Альдавир, ну конечно же. Вот кому точно плевать на моё состояние.
— Долго…
— Поднимайся. У нас дела.
Лия хочет что-то сказать, но передумывает, только взглянув на странного типа.
Кстати, Костя давно не произносил ни слова. Это напрягает даже больше, чем его шуточки. С чего бы ему молчать?
— Ни за что, — качаю головой. — Я беру себе передышку, Альдавир. Ты хоть представляешь, в каком ритме я жил последние недели, а? Все слышите? У нас выходные!
Пока летим, я замедлил время. В анклаве как раз успеем отдохнуть перед посещением Аббатства. А как доберёмся, то хрен я влезу пару дней в какие-нибудь передряги. Я обещал своим пир на весь мир!
И в аббатстве я покажусь в личине Римуса Галлена. Лия снимет с меня грим, подправит причёску, приоденусь, как положено сыну аристократа… Как раз развеюсь перед встречей с агентом купеческого дома.
— Ты зря теряешь время, Армз.
— Зови меня Римус. Римус Галлен. И да, тот самый Галлен.
— Я знаю. Твои игры с образами мне неинтересны. Если ты хочешь, чтобы я тебя учил, соблюдай договорённости.
Иона не выдерживает:
— Эй, лысый, отстань от него, слышь! Ты вообще кто такой? Римус, сколько можно, а?
— Похоже, вы плохо понимаете, что происходит, детки. Ты! — Альдавир тычет в меня пальцем и неожиданно разворачивается Норане. Та аж жевать перестаёт, выпучивает глаза. — И ты! И… — Он неприятно улыбается, поворачивается к Ионе, — ты. ПРОЧЬ!
Гром проходится по анклаву. Странная вспышка бьёт по глазам, и…
Я в пустоте, ветер хлещет по лицу, замечаю звёзды, луну, слышу…
Визг Ионы:
— М-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а!!!
Да я и сам не уступаю ей. Хотя нет, ору чуть тише.
О, Норана мимо пролет-е-е-е-е-е-е-е…
От шока мозг полностью отключается. Только что мы летели себе в анклаве. В грёбаное Аббатство! В грёбаную академию! И вот опять!!! Ну за что⁈ Почему⁈ Как⁈ Альдавир, клянусь Костей, я вырву тебе кишк-и-и-и-и-и…