Тем временем нимфы уже вылезли из провала и окружили нас. Их нисколько не смущают наши грозные морды. Они ходят вокруг, облизываются, трутся грудями, пальчиками щупают там, где культурными женщинам этого делать не стоит. По крайней мере у незнакомых мужчин.

— О-о-о… — неожиданно звучит за спиной голосок.

— Норана! Ну-ка живо за ширму!

— Но… а что вы делаете? А кто это?.. А почему тёти голые?..

— Купались они. Сейчас уйдут. Так!..

— А можно…

— Норана!

Девчонка вздыхает.

— Ладно…

Вроде бы уходит, но сто пудов подглядывает. Дело приобретает совсем неправильные обороты.

— Костя! Усыпляй их! Как Иону! Сколько там? Месяц жизни за одну? Плачу́!

— Разочарую, мастер… Это работает только на тех, кто попадает в анклав по вашей воле.

— Торн.

— Хм?..

— Никого не убивать. Тащим их в логово гоблинов. Там как раз освободилось место.

Раньше в этой секции жили бомжи и в принципе неплохо обустроились. Есть столы, стулья, кровати. Тесновато, конечно, но как временная мера сойдёт. А ещё там перекрывается проход большим камнем. Всем спалось спокойнее, когда бомжи были заперты.

— Слушаюсь.

— Да убери ты меч!

— Хм…

— Смысл вести их силой, если они сами за нами идут?

Медленно протискиваюсь сквозь женские тела, и меня сразу же зажимают две пары грудей. Ох, как мягко. Так бы и растаял тут…

Проснись, Ден!

А, чёрт…

Получается всё очень странно. Нимфы не дают прохода. Они откуда-то прекрасно знают, как снимаются доспехи и стягиваются штаны, чем активно пользуются. Тяжелее бороться с их похождениями, чем продвинуться к бывшему жилью бомжей и гоблинов.

Еле-еле протиснувшись в центральную секцию, нимфы вдруг отстают. Стоят в проходе и смотрят на нас, недвусмысленно соблазняя прелестями.

— Мастер, они пусть и не разумные, но не полные идиотки. Прекрасно понимают, что вы задумали.

Альдавир, который всё это время стоял в стороне и просто наблюдал, внезапно сообщает:

— Нельзя их здесь оставлять. Мне нужно пространство для работы.

Вздыхаю. Видимо, придётся силой.

— Хм…

Цзиньк. Нагрудник Торна падает. Потом шлем, наплечники…

— Ты что удумал? — Я вздёргиваю бровь.

— Хм…

Следующее, что делает Торн, — повергает меня в небольшой шок. Снимает холщовую рубаху и оголяет мускулистый торс в шрамах. Волосатая и квадратная грудь, каменный пресс и руки-кувалды. Настоящий эталон мужественности! Аж завидно!

Такого зрительного напора нимфы не выдерживают. С визгом набрасываются на Торна, а тот врубает вторые врата и забегает в секцию бомжей. Секунд десять оттуда слышатся завывания, стоны и всякое… странное. Вспотевший Торн выскакивает, хватается за камень и одним движением перекрывает проход. Нимфы завывают ещё сильнее и, похоже, пытаются сдвинуть камень, но сил не хватает.