— И все? — задумался графский сын.
Судя по всему, он пока не размышлял всерьез, в чем именно плюсы и минусы серьезной жизни.
— В общем-то, если пожелаешь, да, — коротко кивнул Матвей, забрасывая на плечо полотенце. — Тебе решать. Хотя знаешь… я бы с женой все-таки попытался бы наладить хотя бы дружеские отношения. Во-первых, тоже человек, на секундочку…
Матвей стойко выдержал подобные рассуждения. Даже не поперхнулся.
— А во-вторых? — спокойно поинтересовался он.
— А, во-вторых, хорошая жена, она и мужу в радость, — чуть двусмысленно выдал Волконский. — Но если серьезно, то раз все равно вам быть хотя бы номинально вместе, то имеет смысл хотя бы попробовать наладить взаимовыгодные отношения.
— Так вот почему ты так Юсупову опекаешь и воспитываешь, — понимающе кивнул Воронцов.
Щелк!
— Ау! — больше от удивления, чем от боли воскликнул сын графа, чуть ошалевшими глазами уставившись на спокойно сворачивающего полотенце клановца.
— Ты… меня⁈ — удивленно протянул Матвей.
— Ага, — спокойно кивнул собеседник, закинув «орудие» себе на плечо. — А Юсупова — это другое.
— Это какое такое другое? — хмыкнул молодой человек.
— Я еще не придумал, — коротко пожал плечами Павел и спокойно направился в сторону душевых. — Но я еще об этом подумаю!
— Ну да, ну да, — хмыкнул Матвей, потирая живот, в который пришелся несильный, но неожиданный «щелчок» полотенцем… и поспешил следом. В конце концов, они обещали быть через пять минут. Опаздывать нехорошо!
* * *
Брат с сестрой, едва Павел покинул раздевалку, тут же отправились обсуждать свои дела. Юсупова проводила их взглядом и вздохнула столь тяжело, что Воронцов просто вынужден был спросить:
— Виктория Львовна, у вас… все хорошо?
— Матвей Александрович, — ровно произнесла девушка. — Я — Юсупова.
Молодой человек на миг задумался, не слишком понимая, стоит ли вообще что-то отвечать на столь очевидное заявление. Однако Виктория явно чего-то ожидала.
— Я знаю, — коротко кивнул сын графа, постаравшись вложить в свой голосу все уважение, что испытывал к древней и известной Фамилии.
— А они нет!!! — неожиданно выдохнула Виктория и тут же, развернувшись на каблучках, унеслась куда-то по коридору, оставив собеседника в нескором… недоумении.
Впрочем, если бы он знал, сколь «тяжким» у «уралочки» выдалось утро…
Глава 8
Глава 8
Павел с трудом приподнял веко. Одно. Ради разнообразия решил изменить традиции. А потому первым на мир этим утром он взглянул левым глазом. В объятиях тут же зашевелилась Катерина, каким-то сверхъестественным чутьем всегда определявшая миг пробуждения молодого человека.