— Вам, — обратилась разом к брату и к сестре Виктория. — Известно состояние дел нашего клана.

Волконский кивнул. Его можно было описать одним простым и понятным словом — грызня. Вот только… организованная какая-то что ли. В общем-то, никто и не сомневался, что брат Виктории станет следующим Главой. Но вот условия голосования… Слишком многие из Управления желали нажиться перед тем как дать свое согласие.

И все это на фоне просто фантастических убытков. Причиной большей части которых стал Павел лично. Вот только стыдно ему отчего-то не было совсем.

— Вполне, — кивнул парень. — Но я не вижу ни одной причины для того, чтобы это стало моей проблемой.

Вообще-то, Вике больше всего хотелось забить на все условности и извиниться даже не столько перед молодым человеком, сколько перед его сестрой. Вот только слова правильные подобрать что-то не получалось. А неловкая пауза все затягивалась.

— У вас были договоренности с моим отцом, — чуть надавила Виктория просто на автомате, не зная, что именно можно еще сказать.

И тут же выругалась. Про себя. Это было вовсе не то, что она хотела сказать. И исправить ничего уже было нельзя.

— Нет, ты посмотри, а… — протянул клановец, обернувшись на сестру.

Волконская только головой покачала. Нет, с ее точки зрения, Вика безнадежной не была. Но вот здесь и сейчас ступила на офигенно тонкий лед.

— Кто-то наглеет, — констатировала девушка.

— Слушай меня внимательно, Вика, — вздохнул Павел. — Да, у нас с твоим отцом были договоренности. Тут ты права. Беда в том, что ты о них ничего не знаешь.

Юсупова чуть нахмурилась а после попыталась все своей мимикой передать вопрос «Ой ли⁈».

— Именно так, — уверенно кивнул парень. — Иначе бы ты знала, что нужны они вам теперь куда больше чем нам. И стоит мне сейчас решить, что ты ДЕЙСТВИЕТЕЛЬНО знаешь, что именно говоришь и делаешь… Это может стать предпосылкой к пересмотру соглашений. Итак, еще раз повтори: ты действуешь от имени клана с полным пониманием того, что именно произошло?

Волокнскому даже голос повышать не пришлось. И с тоном играть. В его славах все так же слышались лишь легкое любопытство и насмешка. Но и этого хватило, чтобы Вика застыла. Кажется, ее всерьез подмывало ляпнуть какую-нибудь глупость. Она сдержалась. Только дернула уголком рта, да и созналась:

— Нет, я действую как посланник.

— Небезнадежна, — хмыкнул клановец. — Сестра, скальпель!

Аккуратным движением, практически не глядя, девушка извлекла из сумки футляр. Внутри действительно поблескивал небольшой скальпель.

— Мда… — не сразу нашелся что сказать и молодой человек.