— Вызовите начальника, пожалуйста, — попробовал еще раз Павел нащупать слово «конструктив» в столь странной беседе.

Он устал за день как пес, выдержал довольно нервное согласование окончательного варианта операции и даже успел оказать первую медицинскую помощь одному из аналитиков СИБ, посмевшему поинтересоваться пренебрежительно в стиле «А эта что тут делает вообще⁈» в присутствии самой Светланы… которая в сей же миг и явила миру ту самую Ледяную с**у. И вот теперь, вместо того, чтобы просто запереть в номере Юсуповой несколько сумок и отправиться отдыхать, клановец столкнулся с неожиданным препятствием в лице «церберши». Да ему разрешение на посадку глайдера с не самой пустой подвеской посреди ночи на территории выбить оказалось куда проще, чем пройти к своей «жене». Признаться честно, в какой-то момент молодой человек поймал себя на том, что и впрямь задумался о том, чтобы проверить ее аргументы на истинность гранатой. Благо они с собой имелись… Как и много другого всякого.

— Вот Марье Гавриловне делать нечего, чем со всякой шпаной общаться! — фыркнула привратница презрительно, окатив «гостя», посмевшего заявиться в ее вотчину после двадцати трех часов. — В другом месте баб ищи!

Павел обернулся на Светлану. Та явственно покрасневшей мордашкой продемонстрировала, что ей очень весело, но она изо всех сил сдерживается.

— Я к своей жене иду, -воспользовался запрещённым приемом юноша, вновь оборачиваясь к женщине.

Дурацкая ситуация. И он ведь даже не мог воспользоваться даром, чтобы проникнуть на территорию «общежития». Просто потому, что умение «закрываться» иллюзией никак не могло помочь просочиться сквозь довольно толстые прутья из техномагичекого сплава, служившие основой для «вертушки».

— Ха, — надменно выдала «церберша», с каким-то новым презрительным интересом уставившись на Волконского.

— Будущим, -пришлось признать парню.

— Ну вот как женишься, так и приходи… женихаться, — противно рассмеялась она. — А пока — не пущу!

Уже просто ради интереса молодой человек уточнил:

— Вы понимаете, что говорите с наследниками Волконских?

Нет, он всерьез не собирался давить своим именем, но вот очень уж ему стало интересно, как именно среагирует «церберша».

— Ха! — глубокомысленно выдала с таким чувством, что несколько ее подбородков явственно колыхнулись, подтверждая слова «большой» во многих, как оказалось, смыслах женщины. — Да хоть императорский сынок! А без пропуска все едино — не пущу!

Волконские как-то разом вздрогнули. Уж на что отморозком был Павел, но так говорить про Долгоруких в целом, и про главу канцелярии в частности, он бы не рискнул. Хотя, помнится, на дыбе еще и не то орал! Однако уже через секунду парень был вынужден признать, что с удовольствием посмотрел бы, как сын императора преодолел эту «преграду».