— Даже знать не хочу, что именно ты имеешь в виду под этим определением, — констатировал он, на секунду задумавшись, однако тут же встрепенулся. — Так к делам нашим скорбным. Ты. Это. Сделаешь.
Мышкиной было страшно. Очень.
— Можешь успокоиться, выбора у тебя все равно нет, — как само собой разумеющееся констатировал клановец.
— Успокоил…
— Я рад, — предпочел не заметить сарказма собеседник. — Так вот, спешу напомнить, что Воробейчик уже настолько заигралась, что ее найдут. И призовут к ответу. Это не обсуждается. Вопрос времени. И одно дело, когда под маской Рины вскроется всего лишь некая Саша Мышкина, и совсем другое, если это окажется человек Волконских, да еще и со связями в канцелярии.
— И как же они поймут, что у меня связи в канцелярии? — фыркнула скандальная журналистка, лишь бы хоть что-то сказать.
— Очень просто, — пожал плечами равнодушно парень. — Ты эту статью переживешь. И те площадки, на которых ты ее опубликуешь, не вспыхнут в ночи. Поверь, для очень многих это будет совершенно однозначным аргументом.
Глава 16
Глава 16
— Она что, бессмертная? — ошарашенно прошептала Юсупова, уставившись в экран своего комма.
Светлана вздохнула и покосилась на стоявший перед ней обед. Тот отчего-то стал казаться куда менее вкусным, чем десять минут назад. И для печали клановки причины имелись. Одна довольно давняя мечта буквально ускользала из ее рук.
— Раздражают, — едва заметно дернув уголком рта, добавила «уралочка».
Действительно, в главном зале сегодня было куда как оживленнее, чем обычно. И, что раздражало «принцессу» еще больше, многие практически не скрывая своей заинтересованности, откровенно на нее пялились. Причем касалось это далеко не только «черни», но и части клановцев. Уж больно необычными были новости… Вернее, в самой информации ничего особенного не было. Но вот пути ее распространения и подача вызывали удивление. Равно как и тот факт, что официальные структуры империи так и не выпустили опровержения.
— Привыкнешь, — пожал плечами Павел. — Не обращай внимания, да и все.
Виктория на это только головой покачала. Мол, легко Волконскому говорить! Ему-то так докучать не каждый решится в свете давних и не очень событий. А уж в обеденном зале так и вовсе можно было пялиться лишь на «принцессу» и все равно держать в поле зрения еще и брата с сестрой.
— Легко тебе говорить! — огрызнулась девушка.
Вообще-то, в клановой среде полагалось быть чуть до фига более сдержанной. Но она уже успела оценить все прелести «непротокольного» общения, и с удовольствием пользовалась расширившимися возможностями.