Однако его сюзерен и сам слегка удивился. Ведь полученное от операторов СБ сообщение можно было охарактеризовать всего двумя словами: «ракетная угроза».
— Что это? — все же спросил негромко его давний соратник.
— Это война, помощник Чжан, — глухо сообщил Хули-Цзин.
* * *
— Смотри, — хмыкнул Павел, разворачивая к Князю отнятый у него же только что инженерный планшет.
На экране высокого разрешения устройства, способного и расчет запуска спутника выполнить за несколько секунд, открылась картинка: черно-белое изображение мудрого старого китайца, так похожего Кун Цю, в мире известном как Конфуций, наставительно поднявшего указательный палец. Буквы же подписи складывались в мудрые слова: «Кто цяй не пьет, тот цьмо!».
Князь заразительно рассмеялся, продемонстрировав полный комплект крепких зубов. Даже голову закинул, чтобы никто из наблюдателей не усомнился, что ему очень и очень весело.
— На что намекаешь, Шут? — хмыкнул он отсмеявшись.
— Есть хочу! — честно признался парень. — С утра меня Тишь «мочалила». Перед таким «праздником» брюхо лучше не набивать. Затем «Авиценна» и сразу после совещания занят был. Ну а теперь…
Волконский развел руками. Мол, сам же решил процесс убеждения в долгий ящик не откладывать, а потому выехали «на дело» они сразу же после того, как цесаревич дал добро на операцию. Вернее, добро и наставление. Даже требование. Не превратить попытку убеждения в полноценную войну с ханьцами.
«Затейники», естественно, с такой постановкой вопроса согласились.
— Проглот, — покачал головой командир подразделения.
Волконский легко и весело рассмеялся. Во-первых, на камеры. Шоу должно продолжаться. Даже если живот уже начинает недовольно бурчать. Во-вторых, клановец был готов признаться вообще в чем угодно за миску горячего супа. Именно эту мысль он и озвучил.
— Не продавайся за еду! — потребовал командир. — Нам и Пуза вполне хватает.
— Запомню эту светлую мысль, — кивнул Павел. — И буду вспоминать всякий раз ПОСЛЕ обеда.
Князь поправил белую каску и усмехнулся, окинув младшего члена команды взглядом. Тот больше всего был похож на прораба-строителя. Поверх сине-серой рубашки и темных классических брюк парень накинул оранжевый рабочий жилет. А такую же каску держал в руках, задумчиво разглядывая окрестности.
— На позиции, — раздался в наушнике командира негромкий голос Сергея.
Павел тут же вскинул взгляд. Мол, наши готовы. А мы?
— Нас заметили? — поинтересовался молодой человек.
— Наверняка, — хмыкнул Князь, демонстративно поправляя свой жилет ядовито-желтого оттенка.
На самом деле, офицер был уверен, что старый лис уже давно в курсе их присутствия. Иной вариант он в планировании учитывал, вот только даже в мыслях допускать не думал. Старый, хитрый и опытный враг… в таком не хотелось разочаровываться. Теперь таких уже не делают. Молодежь все больше на технику полагается. «Старая школа» же уходит на покой. Где теперь Войцех Ковальски, Донни Джонс, Лю Си Кей, Марко Сатриани и многие другие? Все ушли. Кто-то, поговаривают, даже на покой. Но большинство просто в небытие. Как правило, обстоятельства их исчезновения засекречены так, что судьба их вряд ли когда станет известна. Во всяком случае, не в нынешнем веке точно.