— Шарнир!
«Браток» вздрогнул и оглянулся на знакомый голос. Прошагавший мимо Галс махнул ему рукой. Мол, пошли. Тот подчинился.
«Неужто?…» — чуть удивился патрульный.
Его предположение тут же оправдалось. Бойцы Грини без каких-либо помех с оружием в руках явно нацелились пройти сквозь построение полицейских машин. И отчего-то у Шарова возникло ощущение, что подобный маневр им вполне удастся.
— Удачи, сержант, — буркнул на прощание «напарник».
— Думаешь, понадобится⁈ — неожиданно нервно хмыкнул тот.
Вместо ответа здоровяк просто кивнул куда-то за спину полицейскому. Сержант обернулся и… через несколько секунд констатировал, что да, понадобится. На посадку заходил военный глайдер. И пусть никого не обманывает гражданская «ливрея». Полный комплект на внешней подвеске говорил сам за себя.
И эта «боевая птица» явно нацелилась сесть прямо посреди небольшого скверика ровнехонько через дорогу от «Радуги».
С каким-то странным чувством сержант заставил себя вновь повернуть шею в сторону «братков», уже рассаживающихся по машинам… Как же ему хотелось оказаться рядом с ними!
* * *
Егор Горячев пилотом был от бога. Это Павел понял еще по «походу» на Марата Турбина. Но сегодня безумный летун умудрился переплюнуть сам себя. Сумасшедшие виражи не раз заставляли желудок скакнуть к сердцу, а уж как он умудрился «втиснуться» между двумя грузовозами на глиссаде…
«Вихрь-М3» камнем рухнул в небольшом скверике, отработав тормозными лишь у самой земли. Тряхнуло здорово, но Волконский на это внимания не обратил. Он мигом выскочил из машины и… его чуть повело в сторону. Однако договариваться с вестибулярным аппаратом он предпочел на ходу. Лишь через десяток шагов, убедившись, что прямолинейность движения сохранять способен, клановец перешел на бег.
Весь путь от клановой башни клуба занял семнадцать минут вместе с подготовкой и стартовым маневрированием и облетом зоны «ноль» императорской резиденции. А то вообще никуда бы не долетели. Тамошним ПВОшникам на все и всех было традиционно плевать. Били по любому нарушителю, невзирая на гербы и должности. И, как правило, предупредительный пуск производился на поражение. Второго обычно и не требовалось.
— Господин… — поприветствовал его у клуба мужичок средних лет с сержантскими лычками на форменном кителе.
— Где? — коротко прорычал Волконский, игнорируя сине-красные всполохи «люстр» уже начавших подтягиваться к месту происшествия полицейских.
Сотрудник настаивать не стал. Лишь махнул в нужную сторону.
Волконский тут же сорвался с места и… уже через десяток шагов сбил темп. Увидел плачущую Лену, возле которой с двух сторон уселись Тишь и Мышь. Юсупова же внимательно бдила за тем, чтобы никакая «вражина» к ним не сунулась. Или «недобиток».