Тот расщедрился на микроскопический кивок. Он-то действительно понял, с кем именно сейчас вел беседу «речной пират».

— Опасная игра, — констатировал Демидов.

И его предупреждение прозвучало вовсе не как предостережение одному конкретному Волконскому. Скорее, он намекал, что пострадать может далеко не только молодой человек. Все, кто просто окажутся рядом с «карточным столом», где разыгрываются такие ставки, окажутся в смертельной угрозе.

— Не я ее начал, — развел руками молодой человек.

«Ты уж реши, готов ли рискнуть всем кланом или только одним его представителем!» — вот как можно было перевести его слова.

Всеволод Григорьевич его прекрасно понял.

* * *

— Господин.

Помощник бесшумно приблизился и протянул Лю Фэну коммуникатор.

Старик лениво взмахнул рукой. Продолжайте, мол. И принял у мужчины комм.

— М-м-м-м… — донеслось из-под плотного пластикового пакета слабое мычание.

Один из безликих подручных главы СБ общества тут же затянул чуть туже горловину. Менеджер, привязанный к стулу посреди кабинета, не должен был мешать лаобану.

— Говори, — коротко приказал хозяин просторного, но удивительно аскетичного помещения.

Особых эмоций от дрыгающего ногами «соседства» он не испытывал.

Разве что отвернулся к рабочему столу, чтобы ничто перед глазами не мельтешило.

Несколько минут старик молча слушал доклад, после чего негромко бросил:

— Работайте.

И дал отбой.

Теперь он владел информацией по сорванной для «Свободы воли» поставке.

Еще с минуту Лю Фэн просто размышлял.

— Помощник, — наконец обернулся он к неприметному мужчине лет тридцати в темном костюме и аккуратных очках.

— Да, господин, — склонился тот, принимая коммуникатор.

К тому моменту тело менеджера уже перестало биться в агонии, но детина в светлой рубашке, обагренной свежими каплями совсем недавно «плеснувшей» кровли все продолжал сжимать горловину пластикового пакета.

Лю Фэн не собирался избавляться от менеджера. Лишь привести к покорности. Ловкий делец еще не выработал до конца свой ресурс. Но вот дать команду подручному просто забыл. А тот идеальным автоматом выполнял последний приказ. От и до. Как учили. Без какого-либо осмысления.

— Унести, — без особых эмоций потребовал лаобан.

Разве что в этот раз в его голосе звучало легкое нетерпение.

Асфиксия приводила к расслаблению сфинктеров, после которого проветрить кабинет было довольно сложно.

Пальца громилы мгновенно разжались, отпуская края пакета. Рядом с ним тут же словно из воздуха возник «брат-близнец». Вдвоем они привычно подхватили тело вместе со стулом и потащили его в сторону выхода из кабинета.