Судя по всему, молодой еще мужчина был типичным клановцем. Да, «спортивное прошлое» оставило на нем свой отпечаток. Но жизнь на «этажах» и перемещение «от одной локации к другой» силовую выносливость уничтожили начисто. А ответа на вопрос «Зачем мне нужно тренировать свое тело дополнительно?» он, похоже, для себя не нашел.

Волконский бросил взгляд на Катерину. И тонко ухмыльнулся. Благо Салтыкову было вовсе не до его выражение лица. Он восстанавливал дыхание.

— Естественно, Ефим Борисович, — уверенно кивнул Павел. — С какой мне начать?

«Связисту», похоже, было все равно. Ему гораздо важнее было постоять и прийти в себя. В это время он готов был слушать вообще что угодно.

— Что ж, — прикинул небожитель. — Начнем с того, что физическая нагрузка помогает бороться с приступами ярости.

Голос его был ровен и сух. Однако это никого не обмануло. Впрочем, кто бы старался.

— Прямо сейчас меня бесит ЛЮБОЙ Салтыков, — продолжил молодой человек. — Поэтому оказаться запертым в лифте с одним из них я почитаю не самым лучшим событием. Для всех.

На миг тяжелое дыхание «связника» сбилось. Он вскинул едва ли не удивленный взгляд на собеседника.

Да, у Волконского были поводы злиться. И серьезные. Но даже при его… нестандартности произносить такие вещи вслух — не самый лучший вариант.

«А впрочем, он ведь Главе каких-то сорок минут назад выдал нечто похожее!» — оценил ситуацию Ефим Борисович. Чего уж теперь бояться-то?

Впрочем, Волконский пошел дальше.

— Признаюсь честно, господин Салтыков, — продолжил он. — Я всеми силами борюсь с желанием пожать вам лично шею.

С этими словами Павел вскинул на собеседника столь чистый и невинный взгляд, что тот невольно отступил на шаг.

Вернее, попытался. Ступенька помешала. А потому Ефим Борисович, неловко взмахну левой рукой, завалился назад. Зад далеко не «улетел» был остановлен ступенькой. Твердой и очень неприятной. Оставалось лишь порадоваться, что «связник» успел схватиться за поручень и хоть чуть-чуть притормозил «жесткую посадку».

— Рад, что ты умеешь держать себя в руках, — все же собрался Салтыков.

Строго говоря, злиться у Павла поводы были. Иннокентий Степанович выполнил все пункты их устного договора, соблюдая не только букву, но и дух договора. На девяносто девять процентов. Но вот этот самый процент…

Салтыков возместил ущерб от нападения на Елену. И выплатил компенсацию, вполне достойную, чтобы целительница, могла жить долго и счастливо… где-то в небольшом, но уютном домике на берегу моря. «Камнем преткновения» стал союзный договор с Волконскими. Два Великих клана имели немало точек соприкосновения. И в нынешние непростые времена были нужны друг другу. Вот только Иннокентий Степанович сделал хитрый ход конем и подписал договор… с Ветвью, а не центральным кланом и правящей семьей Волконских.