Формально Глава ничего не нарушил. Более того, он предложил компенсацию за «недопонимание» лично Павлу. Однако это событие вывалило на голову уже готового сбросить хоть одну «обузу» такой ворох проблем, что впору было браться хвататься за голову.

С другой стороны, где-то Волконский такое решение даже понимал. Равно как и свою выгоду от случившегося. Но от этого осознания злость пока не отступила.

— Фу-у-у-ух, — не слишком стесняясь, схватился Иннокентий Борисович… за сердце.

— Поторопитесь, господин Салтыков, — сухо бросил Павел. — Мы можем опоздать.

При этом сосредоточиться клановец предпочел на свежеокрашенных лестничной клетки центрального полета. Тут не был и быть не могло «постов», странных личностей и других «сюрпризов». За время спуска они вообще никого не встретили.

Салтыков покачал головой. «Опоздать!». Будь бы воля «связника», он бы в жизни не решился на то «путешествие», что им предстоит в скором времени. Возможно, именно поэтому представитель Иннокентия Степановича и не воспользовался турболифтом, а шагал в компании Волконского и его секретаря. Дожидаться внизу и «тлеть» от съедающей изнутри тревоги было бы еще хуже.

«Связник» с трудом встал на ноги.

«Проводники» лишь покачали головами.

Строго говоря, пятьдесят этажей спустя, Павел и сам чувствовал легкое, приятное жжение в мышцах. Но оно скорее «прогревало», чем требовало схватить за перила в попытке научиться дышать заново.

— Не стой, — посоветовал равнодушно Волконский. — Потом еще сложнее будет.

Подтягивая себя руками, «офицер связи» с трудом выпрямился, издал странный звук, больше всего похожий на громкий короткий «кряк».

— Я предлагал тебе воспользоваться турболифтом, — напомнил не без некоторого удовлетворения Павел.

Катерина заметным только ему самому кивком поддержала господина. Мол, да. Слышала и видела.

Салтыков на миг застыл.

— Мы сможем встретиться на первом уровне, — объяснял тогда Волконский. — Ты же можешь просто спуститься к назначенному времени через час.

«Связнику» хватило всего одного короткого взгляда своего владыки, чтобы осознать: нового союзника пока выпускать из вида не стоит.

Да, решение спускаться со сто семнадцатого этажа ПЕШКОМ далось ему нелегко.

— Это все причины? — чуть торопливо выдохнул Ефим Борисович, заметив, что Волконский уже готов продолжить путь.

— Нет, — спокойно качнул головой молодой человек.

Салтыков вопросительно приподнял бровь.

— Катерина не любит лифты, — как о чем-то естественном заявил клановец.

Умопомрачительная блондинка едва заметно склонила голову, подтверждая слова сюзерена.