«Да что ж вас так тянет-то на ровном месте самоубиться поизощреннее?» — мысленно возмутился Павел, однако лицо его не дрогнуло.

— Хорошо, — решил наконец он. — В таком случае, Светлана, за тобой выбор места. А ты, Сергей, предоставь мне список технического оснащения наблюдательных постов. Полагаю, в течение трёх дней я смогу раздобыть всё необходимое. У тебя ещё будет время на отладку оборудования и дополнительную проработку сетки визуального покрытия местности.

Сергей хмыкнул: мол, опять братец изъясняется высоким штилем. Но вслух, разумно, ничего не произнёс. Лишь склонил голову в знак согласия. А то брат вообще отменит их с Марикой выход. Орлова ему этого не простит: слишком много сил и времени она вложила в подготовку к охоте. И теперь, если её отстранят по его вине, у кое-кого начнётся весёлая жизнь.

— Видео двадцать три готово к просмотру, — оповестила Волконская, загружая порцию очередного материала для изучения. — Отрывок четыре-одиннадцать.

Парни тут же прекратили бессмысленные препирательства и вновь уставились на экран, приготовившись к просмотру.

— Вот о попкорне мы и не задумались… — лишь выдохнул Сергей.

— Ещё раз!!!

Резкий окрик с улицы заставил Свету снова вздрогнуть. Кажется, парочка охотниц преодолела очередной круг. А потому строгий инструктор, всем сердцем желающий, чтобы девушки пережили следующий выход, благосклонно отправил их на ещё один.

* * *

Столицы. Небоскреб Волконских. Зал заседания Совета. То же время.

Зал заседания Совета Волконских располагался в глубине самого высокого «семейного» этажа. Здесь не было места парадным коридорам. Имелся единственный проход, освещаемый лишь светом ламп. Окон и ответвлений предусмотрено не было.

В этот проход можно было попасть, только поднявшись на единственном спецлифте со сто сорок седьмого этажа.

«Неприятно.» — в который раз оценил Дмитрий Яковлевич, шагая по узкому коридору, вдоль стен которого выстроились в две шеренги двенадцать гвардейцев. Он, в своем стремлении избегать любых официальных постов, никогда не баллотировался в Совет. Однако его неформальное влияние было весьма велико, так что ему уже доводилось здесь бывать. И не раз. Так что мужчина уверенно преодолел неприятный «отрезок», лишь на едва заметное мгновение задержавшись перед тяжелыми резными дверями из темного дерева.

Внутри ничего не изменилось за те два года, что Дмитрий Яковлевич здесь не был. Это помещение не было рассчитано на показную роскошь. Просто потому, что не было еще случая, чтобы чужак оказался в стенах зала заседания Совета. Здесь решались вопросы внутреннего управления. Все то, что ни за что не должно было проникнуть за резные двери из темного дерева, отсекающие пространство от остального здания.