Спикер не шелохнулся. Лишь продолжал изучать собеседника, который с каждым новым словом всё больше выламывался из рамок его представлений об иерархии в этом кабинете.

Лишь пальцы его против воли сжалась в кулак. Но он тут же взял себя в руки.

— Ты смеешь обвинять меня?.. — начал было спикер, чуть надавив голосом.

— Нет, — спокойно перебил Павел, все также сжимая чашку ладонями, словно пытаясь согреться. — Это всего лишь расчёты аналитика Ветви.

Собравшиеся мужчины как-то разом кивнули. За исключением «обвиняемого», естественно.

— Однако, как говорит мой друг, — продолжил молодой человек, — неслучившееся к делу не пришьёшь.

Михаил Павлович отвёл взгляд. Естественно, опыт ему позволил сделать это так, чтобы происходящее не выглядело капитуляцией. Однако пальцы правой руки невольно выбили по столешнице странный ритм.

— Господа, — довольно резко прервал тишину через несколько секунд Михаил Павлович. — Вы уверены в необходимости нахождения детей на этой встрече?

И вновь никто не шелохнулся. В том числе и сами «дети». Однако атмосфера в кабинете стала ещё более тяжёлой. Во всяком случае, у спикера возникло ощущение, словно какая-то невидимая сила давит на плечи. Да и взгляд Светланы Анатольевны, ныне выступавшей в привычном большинству членов семьи амплуа"Ледяной с**и', появился неловкая пауза. Впрочем, ненадолго.

Глава медленно перевёл тяжёлый взгляд на своего племянника.

— Павел Анатольевич, — негромко произнёс он. — Надеюсь, вы возьмёте роль модератора нашей беседы? Сформулируйте общее мнение, пожалуйста.

Парень невозмутимо пожал плечами. Если Игорь Анатольевич решил, что произнести очевидное вслух должен был бы именно он, то так тому и быть.

— Как скажете, Игорь Георгиевич, — кивнул парень без всякого почтения в голосе.

Строго говоря, в его тоне вообще было мало эмоций, лишь усталость от сегодняшнего длинного дня.

— Михаил Павлович, полагаю, что собравшиеся хотят донести до тебя простую мысль: до выяснения обстоятельств и выявления новой угрозы, а также её ликвидации, планы и амбиции по укреплению личной…

Это слово клановец выделил особо

— … Власти придётся отложить.

Спикер застыл. Такие вещи так не говорят. Фактически парень буквально обвинил его в саботаже и подрывной деятельности внутри клана во имя собственных интересов. Строго говоря, в этом не было ничего необычного — борьба за власть велась всегда. Однако называть вещи своими именами было не принято. Сейчас же сопляк запросто расставлял все точки над «i» таким образом, чтобы места для двояких толкований попросту не осталось!