— Тебе-то хорошо, — ворчливо пробормотал Флэст, — Ты на последнем вечере не гулял, а я почти декаду…

Неожиданно захохотал, понравилась ему шутка над собой, а затем смех подхватили практически все присутствующие. Нечто нервное скорее всего прорвалось. Я тоже смеялся, как и лэрг.

В принципе, решение, предложенное мной, понравилось многим. Главное, Турину. Поэтому дальнейшее скатилось не в абсолютное отрицание, а дополнение деталями озвученного плана, о карах, здесь преуспел вновь Улаф. О правильном воспитании, где постановили обязательную учебу молодежи не только военному делу, но и грамоте. О ссудах для желающих. Конструктивная беседа получалась. Хотя продлилась еще часа два. Я больше не говорил ни слова, лишь молчал и слушал. Вникал. Целей своих достиг. Почти. А чем они заниматься дальше станут — плевать, лишь бы мне не мешали. Впрочем, красноречивые взгляды рассказывали — будут, едва только выеду за пределы Черноягодья, там достать попытаются. Но это нормально.

Кром явился к общему выработанному решению, сообщив, что все готово для передачи дара, и есть кандидат. Проголосовали и единогласно приняли уложение по борьбе с Артультом. Нормально.

Затем стражники привели эрга ин Сеналя и еще двух его помощников. Завели.

Жрецы были разного роста, но как один все трое лысые, худые, татуированные, даже выражениями лиц они походили друг на друга. Книги на цепях на поясе немного отличались, если у ин Сеналя с золотыми углами, то у остальных с серебряными. Их никто не разоружал, поэтому у каждого имелся клевец.

— Зачем ты, сотник, отвлекаешь нас от дел божественных? — последовал сразу вопрос от эрга.

— До меня дошли известия… — и тот в нескольких словах пересказал об акте жертвоприношения.

Кстати, никто не брался судить Кречета, кроме частичного общественного осуждения никакого наказания. С другой стороны, что ему можно было предъявить? Доведение до самоубийства жены? Он ведь лично никого не убивал. Да и вряд ли подобные коллизии описывало местное законотворчество. Например, тот же Ласка спокойно сообщил, что лично грохнул неверную жену, никто ухом не повел. Нормально. Прогрессивно.

Ин Сеналь вычленил меня из всех взглядом, какой не обещал ничего хорошего, чуть скривился.

— Это не твое дело, Турин! Или ты решил вмешаться в наши дела? Запомни, сотник, пусть ты и паладин Кроноса, но он один из, а не все, — последнее прожевано и выплюнуто, сам эрг не выглядел ни испуганным, ни виноватым, — Это Храм всех богов, а не только Новых. Каждый бог требует разного служения. И Империя не имеет там…