— Получается, что вы все ещё владеете шахтой на бумаге, но фактически не имеете никаких прав?

— Что-то вроде того, — уже не столько с неохотой, сколько с усталостью ответила женщина. — Если вдаваться в деловые подробности, то наша вассальная клятва “потерялась”.

— Такое возможно? — это меня удивило.

— Обычно существует три экземпляра, по одному у обеих сторон, а третий в Императорской канцелярии. Но Беспаловы одни из великих родов, и у них везде есть свои “руки”, а вступаться за никому неизвестный малый род ни Мальцевы, ни Снигирёвы не станут. Со смертью отца Инокентий смог выкрасть мой вассальный договор. Я обратилась в суд, и разбирательство длилось больше года. Всё сводилось к тому, что существовало много “вассальных контрактов”, указывающих на существование договора, но текст самого договора “потерялся”. Я не могла его предъявить, Беспаловы тоже делали вид, что не могут его найти, и ссылались на то, что я стараюсь уйти от обязательств, возложенных на меня как на главу рода. Единственный решением стало то, что суд использовал в качестве основы для разбирательств не наш личный договор, а общий, который чаще всего используют для подобных союзов.

— И в общем договоре, разумеется, все те свободы, что были в изначальном договоре, не оговариваются.

— Нет. Мы почти что рабы по нему, — фыркнула Ворошилова.

— И насколько большой твой род? — заинтересовался я.

— Не слишком. Порядка сотни человек, но по большей части это свободные фермеры и несколько моих близких друзей с фронта, вставших на мою сторону после отставки.

Теперь мне все стало ясно. Имея на руках договор, Ворошилова могла пойти в суд и требовать нового разбирательства по новым правилам. Более того, Беспалов не может просто так обвинить её в краже, потому что у него не будет прямых доказательств. Она может заявить, что просто нашла договор в старых документах, а вовсе не в его банковской ячейке.

— Но ты же понимаешь, что Беспаловы так просто это не оставят? — уточнил я. — Это болезненная пощечина.

Одно дело я, способный за себя постоять и за которым, как считает Павел Беспалов, стоит Рубцов и Мальцевы. И совершенно другое дело она.

— Мы можем за себя постоять, нет нужды переживать. Под моим началом бойцы, с которыми я прошла огонь и воду, каждому из них я доверю спину, так что мы не боимся.

Эти слова вызвали у меня лишь кривую усмешку. У Беспалова есть и подклятвенные, и Истинные, да она убийца магии, но это не поможет, если в дело вступит парочка “богатырей”, что разнесут любое укрытие крупнокалиберными пулеметами и минометным обстрелом.