Он обнаружил что обладает довольно мощными хотя и несколько коротковатыми ручищами, с толстыми короткими пальцами на плотных мозолистых ладонях, с вдобавок ко всему отбитыми костяшками, говорящими о том, что их владелец не спускал никому обид, и чаще всего добывал доказательства своей правоты именно кулаками. Короткие, но мощные слегка кривые ноги, обутые в грубые башмаки, тоже вызвали немалое изумление. А, о ужас, его голова сейчас, когда он стоял обеими ногами на земле, лишь слегка возвышалась над кустом дикой смородины. Во всяком случае он отнес этот кустарник именно к ней, хотя и сомневался в правильности вывода, но почему-то был твердо уверен, что сей куст, редко вырастает выше ста сантиметров. В некотором раздрае от осознания того, что он, Евгений Иванов, привыкший поглядывать на остальных слегка свысока из-за своего роста в сто девяносто четыре сантиметра, сейчас находится в теле карлика, едва возвышающегося над ягодным кустом, некоторое время просто не мог принять того, что произошло и замер в ступоре.

— Геня! Геня, ты долго будешь еще торчать возле этого чёртова куста, или все же соблаговолишь наконец пошевелить своей задницей, и я наконец увижу твою мерзкую рожу поближе?

До Евгения Ивановича наконец то донеслись крики карлика, стоящего возле того странного котелка, и он с удивлением отметил, что зовут именно его. Во всяком случае слово «Геня» удивительно напоминало его собственное имя, особенно если вспомнить армию и то, как его называли там временные подруги. Он в свое время отслужил в армии в ограниченном контингенте советских войск в республике Куба, и даже дослужился до сержанта, и именно там к нему и прилипло Геня. Толи местные не могли выговорить букву «Ж» толи слово «Геня», имел еще какой-то сокровенный смысл, было ему неизвестно, но чаще всего его называли именно так. Во всяком случае в увольнениях, которые заполучить на острове Свободы, было достаточно просто. С другой стороны, язык, на котором звучала эта речь был слегка непривычен своими рычащими и гавкающими звуками, но тем не менее, воспринимался им, вполне осознано и понятно.

Слегка покачиваясь из-за непривычного тела и изменившегося центра тяжести Евгений Иванович, сделал первые несколько шагов и вскоре достаточно уверенно, но все же иногда с трудом удерживая равновесие, зашагал в сторону звавшего, как он догадывался именно его, карлика.

— Вы, меня звали?

Произнес он, подойдя к довольно смешному на взгляд землянина человечку, пристально разглядывая его. От подобного, казалось бы, простого вопроса, его собеседник испуганно отшатнулся от него и начал озираться вокруг себя, словно искал кого-то еще.