При этом его, мало того, что поставили на нужную тропу, так еще и его вещмешок, пополнился изрядными запасами провизии, которые по уверениям десятника наверняка понадобятся на долгом, и сложном пути, по старой тропе. И единственное, о чем сейчас сожалел гном, так это о том, что его запасы табака подходят к концу. И осталось их еще на пять трубок самое многое. Просто среди дэви не распространено курение табака, считающееся ими чем-то неприемлемым. Впрочем, все остальное с лихвой перекрывало этот недостаток.
Глава 14
14.
Женька отставил в сторону свое кайло и не разгибаясь оперся на него левой рукой, положа ее грудь, а правой, подняв ее к лицу, смахнул пыль с изрядно отросших волос, и протер запорошённое ею лицо. Последнее движение явно было лишним, потому как какая-то пылинка попала в глаз, и начала доставлять неудобство. А вот избавиться от оного было практически невозможно, потому как руки были настолько грязны, что любое касание ими глаз, только ухудшили бы положение. Вот и приходилось просто моргать и надеяться на то, что соринка одумается и сама, если и не выскочит, то хотя бы займет такое положение, чтобы не причинять неудобство своим присутствием. В этот момент его кто-то окликнул, Женька дернул головой, и соринка толи куда-то закатилась, толи что-то еще, но боль резко прекратилась, и Женька наконец смог взглянуть на собеседника. Последний, как оказалось доставил пустую тачку, и сейчас пришлось загружать ее очередной партией камня. Время подходило к обеду, когда можно было немного передохнуть и прийти в себя.
В принципе, хотя это место и считалось каторгой, никого особенно не перевоспитывали, то есть не били, прекрасно понимая, что новых заключенных поди еще найди, а издеваясь над действующими принесешь вред только себе. Но и нормы были установлены такие, что к концу рабочего дня, рубщики едва на ногах держались, успевая лишь доползти до палатки, получить пайку, и съев ее упасть на циновку и уснуть. Не лучше было и у тех, кто возил тачки с камнем.
Женку взяли буквально тепленьким, когда он, пройдя по тропе около двух десятков километров заметил очередной пост с котами, излучавшими само добродушие. Как оказалось, позже, по этой тропе направляют как раз «добровольцев» в каменоломни, на добычу голубого мрамора. И уже вечером того же дня над Женькой хохотали все, кому не лень. Как оказалось, коты или Дэви, самая подлая раса, верить которой означает, заведомо обрекать себя на проблемы.
— Из какой норы ты выполз, гном? — хохотали над Женькой новые знакомцы, по тем или иным причинам оказавшиеся на каменном карьере.