Продают? — удивился Зур’дах, —Но Турхус же достаточно сильный…зачем его продавать?
Хоть Турхус гоблиненку не нравился,но почему-то стало на пару мгновений грустно. Подсознательно он понимал, что как раз он и может быть причиной продажи Турхуса, потому что если Чемпион не самый сильный, — он не Чемпион.
— Вот тут вы будете ждать, — Наставник привел их в просторное но душное и сырое помещение. В стены его были вбиты мощные кольца, и от них тянулись к полу длинные цепи.
Внутри уже находились прикованные к стене десяток взрослых гоблинов. И едва они увидели детей, то довольно заухмылялись:
— Смотрите, сопляков каких привели.
— Ничего, мы им покажем, что тут им делать нечего.
— Привели детишек скормить тварям. На что еще они годны, выродки мелкие.
— Не…смотри на руки… измененные…
— Да грязь это….какие измененные…скажешь тоже…
— Молчать! — рявкнул вдруг Старший Наставник на прикованных.
— Смотри-ка кто тут раскомандовался? Думаешь, раз почернел — то выше нас? Ты такой же раб, утрись дерьмом и заткни хлебало, будешь своим детишкам приказывать. Гниль черная!
Маэль толкнул Зур’даха локтем и сказал:
— Похоже, тут будет весело.
Глава 107
Старший Наставник Харт молчал.
Позади стояли два охранника-дроу, но вмешиваться в гоблинские разборки они не собирались. Видимо, главное — чтобы никто никого не убил.
В руке черного гоблина через мгновение оказалась плетка.
Кто-кто, а Зур’дах отлично знал, насколько в его руках это страшное оружие.
Возникло буквально секундное затишье, как перед бурей, и внезапно плеть обрушилась на всех взрослых гоблинов. При этом выражение лица Харта вообще не менялось. Гоблины тщетно пытались уклониться, или ухватить его плеть. Бежать им было некуда.
— Грязь. Должна. Знать. Свое. Место. Рабы должны быть послушными. — чеканил он каждое слово и наносил удар.
— Может хватит? — обратился дроу-охранник.
Черный гоблин кивнул.
— Пожалуй, с этой погани достаточно. Мальчики, — кинул он Маэлю и Зур’даху, — Если эти выродки будут плохо себя вести, — покажите им, что значит настоящий боец — но не калечьте.
Оба мальчишки кивнули.
— Я пока займусь делами.
Он обратился к дроу и попросил о том, чтобы его бойцы остались неприкованными; одновременно с этим в его руке появилась золотая монета. Те согласно кивнули.
После этих слов черный гоблин вышел, а решетка «камеры» захлопнулась, оставив гоблинят внутри, а двух дроу — снаружи.
Каждый боец прожигал мальчишек ненавидящим взглядом, будто это они были виноваты в побоях, а не их длинный язык.
— Ну что, старье немощное? Где тут привалиться чтоб в говне не измазаться? — ухмыльнулся Маэль.