Зур’дах понимал, что вне Ямы Тьмы его способности к управлению тьмой вновь резко упадут, потому что там, снаружи, ее — тьмы, гораздо меньше. Но всё равно было приятно играться с тьмой, заставляя ее кружиться вокруг себя.

Он ждал новой волны: прежде всего для того, чтобы она накрыла его с головой и если сверху кто посмотрит — не возникло бы вопросов, почему ее так мало; именно поэтому он оставил половину прошлой волны. Ну и еще потому, что устал.

Теперь от каждой волны он оставлял около половины. С каждым разом формировать капли было сложнее, но оно того стоило. Прожора увеличился уже более чем в два раза и превышал размером три-четыре ладони, когда раскидывал лапы, конечно.

Спрячься! — мысленно приказал ему гоблиненок. Он хотел посмотреть, поместится ли паук обратно на руке. Тот обвился вокруг предплечья как змея. Места для него более чем хватало.

Что ж, — подумал Зур’дах, —Продолжим кормежку.

Нахождение в Яме Тьмы словно сдвинуло что-то внутри у гоблиненка в области понимания тьмы. Дало какое-то интуитивное понимание. Более того, тот самый вопрос, который мучил его, — как контролировать пылинки тьмы, — он его будто бы понял.

Теперь, в Яме, он видел как они летают, будто стайки, будто единый рой насекомых. Каждый раз волна оставляла за собой бушующую хаотичную тьму, которая чуть погодя приходила в порядок и начинала двигаться…струйками.

Словно в предчувствии какого-то озарения, Зур’дах начал еще более внимательно, сосредоточенно наблюдать за потоками тьмы в воздухе: смотреть, как они формируются, сталкиваются. Протянув руку, Зур’дах сжал струйку тьмы и она совсем как-то легко сформировалась в сотни кристаллов, а уже они — сразу в капли.

Как легко… — подумал он в который раз.

Но ему нужно было другое.

Ему нужно было охватить поток тьмы ничего из него не формируя. Ему не нужны были кристаллы или песчинки. Нужна была сырая Тьма. Пылинки.

Отдыхая от покормки паука, Зур’дах будто замедлился и стал тянуть всего одну песчинку из тьмы, наблюдая за процессом ее формирования.

Еще. Еще. Еще.

Почти полсотни раз пришлось повторить это, прежде чем он окончательно понял в чем дело. Он всё время повторял процесс так, как увидел однажды в образе, выловленном из Тьмы Разлома. Но там ведь был показан способ формирования огромной капли. А ему нужно было другое.

Как-то он совсем упустил то, что песчинка не выныривает из воздуха, из ниоткуда, а формируется под его мысленным усилием. Именно он и придает ей форму песчинки.

И десятки раз наблюдая за формирующимися песчинками он понял это. Увидел.