Через их «связь» Зур’дах уже знал, что Прожора скрылся глубоко внутри трещины. Его там не найти.

Пару мгновений однорукий непонимающе смотрел на шею, на которой не было ни следа от удушья или следов схватки. Чистая гладкая шея. Потом он сразу взглянул в щель, причем глаза его в этот момент вспыхнули огнем Крови. Он видимо что-то заметил, но так и не понял, что это было.

Не найдя в трещине ничего, он вскочил и прижал палец к шее мальчишки. Его желваки заиграли от злости.

Дети застыли шагах в десяти не добежав. Они увидели явно безжизненное тело Саркха. Кайра громко вскрикнула. Тарк схватился за нее.

— Вы двое, — кинул он Маэлю и Зур’даху, — За мной.

Быстрым шагом он пошел прочь, а за ним оба мальчишки. Краем уха гоблиненок услышал из толпы детей.

— Так ему и надо…

— Тихо…

— А что, скажешь не так?

— Может он еще живой.

Остальное гоблиненок не услышал, потому что они практически бежали втроем. И Зур’дах даже знал куда. К костоправу. К дроу, который вправлял детям вывихнутые конечности и лечил переломы.

— Надеюсь, — зло прошептал однорукий, когда они оказались перед домом костоправа с открытыми дверьми, — Вы тут не при чем, иначе вам…конец. Сейчас мы все узнаем.

— Атхалан! Уважаемый Атхалан! Это срочно! — вскричал тренер.

Через секунду из дома выскочил….старый и очень массивный дроу, с крепкими руками и массивной челюстью.

— Ну чего тебе? Ко мне не срочно не приходят, однорукий, что тут у тебя? Перелом, вывих?

— Вот, — передал ему тело Саркха однорукий.

Костоправ на мгновение опешил.

— Ну и зачем ты мне труп притащил? Хм…совсем теплый…

— Затем, что я не знаю почему этот крысеныш сдох: эти двое позвали меня, сказав, что он бьется в конвульсиях и задыхается.

— И?

— Когда я прибежал так и было, но только я взял его на руки как он…

— Сдох?

— Умер. Да.

— Что ж, — сказал он входя внутрь, — Сейчас мы узнаем отчего этот мелкий гоблинский выродок сдох. Может, это была просто припадочная болячка. Такое с вашими тоже бывает.

— Вы! Стойте тут и ждите. — кинул им однорукий входя внутрь.

Мальчишки стали и ненадолго между ними повисло молчание.

— Зачем ты вообще мне помог? — спросил Зур’дах, спустя минуту.

— Потому что ты мой друг, — словно само собой разумеющееся ответил Маэль, а потом добавил, — А еще потому, что предателям одна дорога — смерть. Считай, что это было за Даха. Он был единственным нормальным надсмотрщиком.

Зур’дах не знал, что сказать. Но Маэль еще не закончил.

— Зур’дах…ты самый сильный из тех, кого я знаю, и ты владеешь…этой…тьмой, — Маэль сглотнул, — Я надеюсь, что когда мы станет чуть старше, то не будем как эти вот калеки-надсмотрщики, а убежим. Но не так тупо, как это хотел сделать Дах. А в нужный момент…Только мы с тобой это можем, остальные…они…слишком слабые и медленные. Их сразу поймают. Когда я увидел, что ты можешь…и я не про бои, я сразу понял, что ты — другой, ты — особенный.