Первая ночь прошла тревожно, но без проишествий. Никаких попыток прощупать оборону особняка Неларии не предпринималось. Хозяйка дополнительно выставила на каждом углу дома по стрелку, и устроила из окон небольшую бойницу, с которой можно было простреливать подходы к нему. Она явно не рассчитывала на стражу, которая едва ли не обвинила ее в нападении на саму себя.

На вторую ночь, к гоблинам на крышу взобралась одна из рабынь. Чистокровная гоблинша.

В ее руке была деревянная трубочка, которую она курила.

— Хотите, — спросила она.

— Не-а. — ответил Маэль.

Зур’дах покачал головой.

— Это же вы из Подземелья? Прям с самого?

— Прям с самого. — хмыкнул Зур’дах.

— А как тебя сюда пустили? — спросил Маэль.

— Так все сидят по своим комнатам и не вылазят. Старая ублюдочная гоблинша на первом этаже. А остальным всё равно. Все ж понимают, что пахнет жареным.

Друзья промолчали. Первой мыслью было, что девушку прислали к ним специально, потому что она гоблинша, а не человек или полукровка — чтоб они восприняли ее как свою. А гоблинша, кстати, была действительно очень милой.

— Так хотите?

— Не-а. — Покачали они головой.

— Расскажите про Подземелье. — сказала девушка

— Как тебя зовут? — спросил Зур’дах.

— Лаль.А вы двое? Зур’дах и Маэль?

— Да.

Зур’дах встал во весь рост, чтобы видеть всё вокруг, а Маэль начал отвечать на вопросы.

Разговоры-разговорами, а следить за обстановкой вокруг нужно внимательно. В общем-то, интерес девушки был как будто искренним. Она расспрашивала о жизни в Подземелье, о дроу, о рабстве… И вообще о том, как они там выживали.

Маэль даже ни разу не соврал. Показал отметки на руках, которые так и не заросли.

— Там теперь не выжить, — сказал Зур’дах, слушая их разговор, — Даже дроу приходится туго.

— А ты? — спросил Маэль, — Как ты тут оказалась?

Лаль нахмурилась, будто вспомнив что-то неприятное.

— Я тут родилась.

— Тут?

— Да, в Халш’Ахаре.

— Рабыней?

— Нет. — скривившись ответила Лаль, — Вы в городе ориентируетесь уже?

— Не так чтобы… — почесал затылок Зур’дах.

— Понятно. Вот там за стеной, — она указала на стену, которую было видно из особняка Неларии, — квартал торговцев, а чуть дальше — бедняков.

— Ну, эти мы видели. — встрял Маэль.

— А за стеной города трущобы. — закончила Лаль, — Вот я оттуда.

— Трущобы? — переспросил Зур’дах.

Они слышали, что там живут самые нищие. Те, у кого нет ничего. Вообще. Они были даже хуже бедняков.

— А еще там живут все нелюди.

— И гоблины?

— И гоблины. Наших там очень много.

Зур’дах с Маэлем переглянулись.

— И они там не рабы?

Девушка рассмеялась.

— Нет, но лучше быть рабом, чем жить в трущобах. Потому что рабы живут как люди, а трущобники живут как звери. — зло добавила она.