Зур’даха удивило, что гоблины полукровок к себе не принимали, даже если в них была гоблинская кровь. Такое разделение было непонятно Зур’даху. Но так тут сложилась жизнь: гоблины — отдельно, люди — отдельно, гноллы — вместе с полукровками всех рас. Впрочем, у них они были на положении практически рабов, поскольку физически уступали более крупным и сильным гноллям.

Но о полукровках и их судьбе Зур’дах, честно говоря, почти не думал. Он просто наслаждался тренировками с Ыгларом и другими гоблинятами, которых тот притащил с собой. Их был уже целый десяток, тех, кто тренировался.

Остальные же дети всё еще с недоверием посматривали на их группу, однако некоторые неуклюже пытались повторить движения, которым Зур’дах обучал гоблинят.

К неудовольствию Маэля, на них больше никто не пытался напасть. Так что приходилось ограничиваться спаррингами с Зур’дахом на предельных скоростях.

Периодически даже у Зур’даха чесались кулаки. Хотелось серьезного боя, серьезной драки, когда можно бить в полную силу, ощутить настоящую опасность, и…использовать Кровь по полной. Раньше он никогда бы не подумал, что такой момент наступит, что ему самому будет хотеться сражений, и не важно с кем — с разумными или с монстрами.

В остальное время он сидел и наблюдал за обычной трущобной жизнью, словно за копошением насекомых в земле: у них, гоблинов, да и у других рас, тут, в трущобах, была своя маленькая жизнь, маленькие цели, маленькие задачи, маленькие радости. Они не знали опасностей Подземелья, но они тоже выживали тут изо всех сил. Еды мало, вода грязная, болезни десятками, а иногда и сотнями выкашивали стариков. Реже детей, потому что дети кучковались в центре, рядом с мутантами и вожаком, который нет-нет, да выдергивал тех или других для продажи.

Ыглар рассказывал, что просто в какой-то день кто-то из них пропадал. И они прекрасно знали куда.

— Либо в город, либо в катакомбы, — сказал Ыглар.

— В рабство? — спросил Маэль.

— В рабство, — кинул тот, и продолжил жевать кусок черствого хлеба. Тут это была довольно популярная еда, его доставали из города, а с мясом тут были проблемы. Оно было недешевым, не по карману жителям трущоб, да и беднякам из города, скорее всего, тоже. Зато оно было у мутантов и Вожака.

Собственно, именно желание поесть мяса заставляло Зур’даха и Маэля дюжину раз подниматься в предгорья, находившиеся справа от трущоб. Добираться туда было недолго, да и поймать парочку прячущихся среди камней собакоподобных тварей труда не составляло, с их-то скоростью и наличием копий. Добычу друзья тащили в трущобы и давали детям.